- Я не так сильно устал. Спасибо за беспокойство - Тот уже готовился к очередной речи о вреде отсутствия сна, но Енг Иль странно молчал. - Что ж, тогда я подежурю с вами - он спокойно сел рядом, точно так же уперевшись макушкой о стену. Сон Ги Хун слегка улыбнулся, его соратник был не менее упертым, чем он сам.

Ин Хо не думал, что годы без нормальных человеческих связей скажутся на нем. Что его поглотит желание. Он сейчас безумно хочет снять маску перед ним и опять взглянуть на перекошенное от ненависти лицо. Что-то внутри разгорается как пламя.

— Я разве упоминал, что отпущу вас на свободу?

К сожалению, маленький бунт Ги Хуна не удался: его друг погиб, и многие другие тоже. Он думал, что присоединится к ним, пока его не заставили сыграть в "особую игру" ни с кем иным, как с Фронтменом. Он никак не ожидал, что после этого почувствует ужасное чувство вины... такое, что ему захотелось умереть.

𝙺 𝙱𝚊ш𝚎𝚖𝚢 э𝚔𝚙𝚊𝙷𝚢 п𝚙𝚎д𝚌𝚃𝚊𝙱л𝚎𝙷 𝚙𝚊𝚌𝚌𝚔𝚊𝟹, ч𝚃𝚘 𝟼ыл𝚘 𝟼ы 𝚎𝚌ли 𝚌𝚢дь𝟼𝚊 𝙲𝚘𝙷 𝙺и 𝚇𝚢𝙷 𝚎щ𝚎̈ п𝚘𝚌л𝚎 п𝚎𝚙𝙱𝚘й иг𝚙ы 𝟼ыл𝚊 п𝚙𝚎д𝚌𝚔𝚊𝟹𝚊𝙷𝚊. 𝙴й 𝟼ыл𝚘 𝟼ы 𝚌𝚢жд𝚎𝙷𝚘 𝚌𝚃𝚊𝚃ь 𝙷𝚘𝙱𝚘й 𝙱𝚎д𝚢щ𝚎й, 𝙷𝚘 ч𝚃𝚘 𝚎𝚌ли 𝚘𝙷𝚊 п𝚘йд𝚎̈𝚃 п𝚘 𝚌𝙱𝚘и𝚖 п𝚙𝚊𝙱ил𝚊𝚖? 𝚈𝟹𝙷𝚊𝚎𝚃𝚎 𝙱 ф𝚊𝙷фи𝚔𝚎!

— Вы знаете меня, — неприкрытое удивление проскакивает на изможденном лице пленника. Нет, просто раздробить его кости было бы слишком просто. Кихуна нужно уничтожить морально, эмоционально, физически. Вытащить из него все геройство как жилы, одну за одной. Унизить, размазать и забыть, как плохой сон. — Я не понимаю... — Ноль. Единица. Очень просто запомнить, — Кихун вздрогнул. Он не поверил тому, что услышал

– Приснился кошмар?– прозвучал тот же самый голос, на этот раз немного ближе. Ги-Хун вздрогнул. Он узнал этот голос, низкий и бархатистый, пронизанный легкой хрипотцой. Ги-Хун моргнул несколько раз, и его взгляд, наконец, сфокусировался на темном силуэте, сидящем на самом краю его койки. – Ëн Иль? Это ты? – мужчина прищурился, - Что ты тут делаешь? – Я услышал, как вы ворочились. Вот и пришел проверить, все ли хорошо с вами.

-Ки хун, можно поинтересоваться?-ки хун робко кивнул, все также вернувшись в положение, опустив голову и держась рукой за матрас, будто это было его единственным спасением- когда ваше день рождение?

Однажды 12-ти летний Мин-хо спрашивает у приемного отца про своих настоящий родителей, отец отмахивается, а дядя Ки-Хун не договаривает почему-то.

Открыто об этом никто не скажет, но, наблюдая за ведущим, работники начинают о чем-то догадываться.

Это ужасная идея. Очень, очень плохая идея. — Хорошо, — Ги Хун соглашается, спокойно сдаваясь. — Что за игра? — Всё довольно просто, — объясняет Ён Иль, и в словах, которые он шепчет на ухо Ги Хуну, аж за километр сквозит удовлетворением, — ты выиграешь, если никого не разбудишь. Я выиграю, если ты это всё же сделаешь. /1 часть из серии «Болезненная одержимость»