Хёнджин улавливает момент перед съёмками танцевальной практики, чтобы расслабиться с Чанбином.

Чанбин знает, что должен был оставить телефон, как только понял, что он не его, знает, что не следовало открывать галерею и листать её, знает, что стоило выключить экран, как только он увидел стоп-кадр видео. Чанбин понимает, что это неправильно, что он переступает черту.

Чанбин в Хёнджина по уши, без памяти и до дрожи в коленях. И когда в магазинчике на глаза ему попадается соджу, он решает, что от пары глотков хуже точно не будет. А затем обнаруживает себя на пороге квартиры Хёнджина, даже без цветов, и слова вырываются сами собой.

Хван Хенджин был королем Версаче. Недоступным, сияющим, словно бриллиант, самодостаточным и слегка самовлюбленным.

— Ты вкрай охуел, — дрожащими губами, на грани шёпота выдыхает Хенджин, обессиленно прикрывая глаза и откидываясь на спинку дивана. — Когда? — Через час, — вторя тихому голосу Хвана, шепчет Джисон, заключая его в крепкие объятия. — Не ругайся, я хочу как лучше. Мы хотим как лучше. Если ты посетишь этот сеанс массажа, я тебя прям… прям поцелую! — Боже упаси, — подавляет смешок Хенджин, обречённо выдыхая. Его снова убедили.

Если они оба будут хорошими мальчиками, то получат награду. Но Ким Сынмин ещё посмотрит на их поведение.

Насколько сильно один слишком суматошный пациент, не желающий принимать настоящее, может изменить размеренную тихую жизнь районного врача-травматолога, сбегающего от прошлого, и как с этим связаны садовые цветы и баскетбол?

— Тебе пора прекращать делать вид, что ты по омегам, — Минхо пожимает плечами и делает глоток коктейля. — Да нравятся они мне! — возражает довольно громко, что пара соседних столиков оборачивается к ним. — Да что ты? Именно поэтому, когда пьяный, ты рассказываешь о том, как мечтаешь объездить чей-то член? — Окей, сейчас я бахну ещё пару стопочек, а потом мы едем в клуб и я высматриваю там кого-то симпатичного, — вздыхает Хёнджин и откидывается на спинку дивана.

Или же конкурентоспособность Чанбина грозит укусить его за задницу, но, к счастью, за углом может оказаться весьма своеобразный прекрасный принц, готовый сбить его с ног.

— Все не так. Я правда собирался объясниться с одним из вас, сказать, что уже занят, — Чанбин переводил взгляд с Хёнджина на Феликса, — но каждый раз, когда я видел кого-то из вас, я думал, что хочу быть именно с ним. А потом, когда видел другого, хотел быть с ним. Вы нравитесь мне одинаково, ясно?

Секс за деньги? Отличное решение. Когда один из вас богат и одинок, а другой красив и нуждается в деньгах…

У Хёнджина за спиной строптивая лошадь, множество выигранных соревнований и целая куча конюхов, которых пришлось выгнать за непрофессионализм. У Хёнджина на носу Азиада и куча изменений в жизни, которые понесёт за собой его новый конюх.