Солнце и луна — неразделимы.

Сандей умеет читать мысли, а Галлахер... не привык себя ограничивать.

Блэйд любит целоваться в закаулках и Дань Хэн не так уж и против

Когда голос Сандея срывается на низкий протяжный стон — Галлахер обдаёт горячим дыханием его ухо, скользит губами по перьям, и, довольно урча, слюнявит крыло. Так он вознаграждает за сладкие звуки, за реакцию тела. Сандей скулит, трепыхается и сильнее сжимается на толстом пульсирующем члене. Галлахер кусает, а после — хаотично мажет языком вдоль хрящика.

Блэйд уже давно интересуется, из какой помойки Келус достал футболку, что в два раза больше него, а Келус гадает, какой криворукий человек брал с Блэйда мерки для костюма и на какой силе отчаяния держится та самая пуговица.

Стоило ему увидеть выражение лица Дань Фэна и в груди тут же разгорелось неведомое прежде чувство неизбежности. Инсин застыл у входа, вцепившись в дверную ручку. Он не решался сделать и шага, хотя нёсся сюда со всех ног как только получил сообщение о том, что нужна помощь. Когда он распахнул двери, то понял: что-то действительно случилось. Только совсем не то, что он предполагал.

Но до этого момента Цзин Юань мечтает только об одном: ещё раз, хоть на мгновение увидеть насмешливые алые и хладно-бирюзовые глаза его возлюбленных. Хотя бы раз. В последний раз.

Галлахер не слушает, галовианец уже давно не подпускал его к себе. Водит руками по его телу, нетерпеливо трёт под одеждой и тянется к соскам, прищипывает, и его Сандей подавляет стон, кусает губу и продолжает вжиматься ладонями в стену. Гончий сзади наваливается, двигает руками к поясу, трётся вставшим членом через одежду меж его ягодиц и продолжает избавлять от надоедливой ткани.

Сандей присоединяется в состав Звёздного Экспресса. Новые обстановка, компаньоны и путь сбивают привычный уклад жизни, а для него это сильно больше, чем временные неудобства.

Сколько лет жил на свете Гробовщик. Скучно: всё одинаковое, лица знакомые, история повторяется. Одно развлечение — гробы... Вот ему и не сиделось на месте, и теперь на его месте Сергей. Попаданец в жнеца, да ещё и без навыков. Что делать? Жить!

Некоторые люди мечтают, прямо-таки грезят о реинкарнации. Но что, если она сваливается на человека, со спокойной совестью и почти без сожалений отошедшего в мир иной, неожиданная и нежеланная, как снег в середине лета? И как жить дальше взрослому, состоявшемуся шиноби, который однажды очнулся в теле шестилетнего ребёнка?

«В этом задании я бессовестно тобой воспользовался, поэтому будет честно, если ты воспользуешься мной. На этот вечер я отдаю тебе такое право.»

Лофу Сяньчжоу встретило Дань Хэна тишиной, ощущением угрозы в воздухе и вспыхнувшей болью меткой. Словно шею укусила змея и впрыснула яд, разошедшийся по всему телу огненным потоком; Дань Хэн прижал ладонь к шее и прислонился к стене, зажмурился — перед глазами все поплыло, слилось в единую пеструю массу. Блэйд был в Лофу. Блэйд был совсем рядом.