— Что? — спрашивает он. — Что? — тут же улыбается Лютик. — Ничего. Ты смотришь, — отвечает Геральт и вытирает рукой короткую седую бороду вокруг рта. — Прицепилось что-то? Лютик думает: я. Я к тебе прицепился.

На Лютика наложили заклинание молчания. На Геральта наложили заклинание правды. Йеннифэр эта ситуация забавляет, но она предлагает свою помощь в возвращении их обоих в нормальное состояние. Может быть, этих двух заклинаний в конце концов будет достаточно для ведьмака и его барда, чтобы разобраться в своих чувствах.

Иногда у Геральта стоит на голос Лютика, на его изящные пальцы, порхающие по струнам - но едва ли это что-то значит, просто реакция на прекрасное. И иногда, возможно, после очередной Лютиковой выходки, Геральту хочется нагнуть его над первой горизонтальной поверхностью и драть от души, долго и сильно - так, в назидание. Что, опять же, ничего не значит - просто достал. Все это бессознательно, незначительно, не важно и неизбежно. Это, бессознательное, стоило бы в себе задавить.

Лютику всего 18, и каждый раз, когда Геральт затыкает его или говорит «нет», у Лютика встает. Лютику всего 18, и он внезапно осознает, что умудрился влюбиться в ведьмака, которому никто не нужен. Лютику всего 18, и Лютик понимает, что влип.

— Ах! — воскликнул трактирщик. — Они поют именно про того самого барда, который сложил баллады о вас, мастер Ведьмак! Он так влюблён в свою прекрасную даму. — Ох, как романтично, — мечтательно вздохнула кухарка. — Тот очаровательный бард женится на благородной леди! Геральт с сомнением покосился на них. — Тот… бард, — он переспросил: — Голубоглазый, с тёмными волосами, трещит без умолку? — Да, — подтвердил трактирщик. — Тот самый.

Всякий раз, когда Геральт смотрит на него, Лютик замечает, что его зрачки расширяются.

Лютик находит очередные неприятности на свою задницу и попадает под проклятие обиженной любовницы. Кто приходит на выручку незадачливому барду? Конечно же ведьмак.

Созвездие над Синими Горами сияло особенно ярко. >Сюжетное продолжение музы проклятых - https://ficbook.net/readfic/8975118; События разворачиваются спустя неделю после основной истории.

Каждый раз когда Геральт получает ранение, Лютик чувствует всю боль, как свою.

Неприличные словечки, внезапно появившиеся на теле Лютика, не дают ему спокойно спать, пока он наконец не узнаёт, что это такое.

А что, если бы ребенком-неожиданностью Геральта оказался Лютик? Вопрос хорош, ответ еще интереснее: жизнь юного барда пошла бы ко всем чертям. У одних чертей были бы кошачьи глаза и седые волосы, у других — фиалковые радужки и длинные черные локоны.

Сначала это был просто способ выплеснуть свое разочарование по поводу барда. Выплеснуть все свое раздражение на древнем языке, который тот точно не поймет. С годами это становится безопасным способом рассказать Лютику, что он чувствует. Лютик все равно не понимает, что говорит Геральт... пока однажды не понимает.

Дверь таверны распахивается, с треском ударяясь о стену, и в ней, пошатываясь, появляется мокрая насквозь фигура с торчащими из-за плеча двумя рукоятями мечей и зажатой в кулак головой королевской виверны. — Убил твоего дракона, — хрипит фигура, и даже если его силуэта в дверях было бы недостаточно, чтобы выдать его, Лютик узнал бы этот грубый голос где угодно... Или пять раз, когда Лютик наблюдал в действии развитые органы чувств некоего ведьмака, и один раз, когда следовал своим собственным

Лютик позволяет себе проваляться в этом городишке ровно три дня, прежде чем возьмёт себя и свои скудные пожитки в руки и отправится в путь, как будто ничего и не было. Эти три дня он поёт и танцует за еду и питьё, трахает симпатичную барменшу и отсыпается от похмелья, прежде чем уйти утром четвёртого дня. Впервые за долгое время он путешествует один, но он хорошо справляется. Вот если бы только люди перестали говорить ему, что Ведьмак спрашивает о нём - было бы просто замечательно.