Губы Мун Джо приоткрылись. Мгновения растягивались, ощущения казались острее, ярче. Его Ангел расправлял свои крылья.

Голубой лотос, с лат. Nymphaea caerulea, он же голубая кувшинка - водное растение с острыми цветками. Считается психоактивным, содержит апорфин и другие психотропные вещества, оказывающие галлюциногенный эффект. О том, как любовь в определенных случаях означает безумство, а ревность - беспомощную зависимость.

Отрицать то, что очевидно - верх идиотизма. Отрицание – удел глупцов, так всегда твердил он. А Чону беспрекословно слушал его.

— Кто я для тебя? — повторяет Чону, не двигаясь со своего места. Мунджо помешивает кофе ложкой. Он поворачивается и опирается спиной на кухонный стол. — Почему спрашиваешь?

Чону хочет его? Чону хочет переспать с ним? Мунджо ожидал, что первая трещина в слабой хватке его возлюбленного за здравомыслие будет жестокой, ожидал взрыва гнева, разочарования, жаждал увидеть, как в глазах его возлюбленного появляется жажда крови. Он не ожидал, что там возникнет совершенно другой вид вожделения. Или: Мунджо и Чону встречаются на крыше.

— Как мне ее подписать? — Чон У взял книгу, снимая зубами колпачок с ручки, и, не поднимая взгляда, пролистал до первой страницы. — На ваше усмотрение, — ответом ему был бархатистый, знакомый до боли в зубах, голос, лишь заслышав который, он буквально почувствовал подступающую мигрень.

— Ты собираешься меня наказать? — он сделал шаг ближе, медленно рассматривая фигуру молодого человека, в конце концов встретившись с ним взглядом. В итоге склонив голову набок, дополнил: — Ну, за то, что я устроил (AU! У Чону и Джиын перерыв в отношениях, и она говорит ему начать встречаться с другими людьми. После страха беременности у случайной женщины, Сокюн предлагает Чону интригующую идею: почему бы просто не заниматься сексом с мужчинами?)

Со Мунчжо видит в Чону родственную душу, идеального компаньона для своих чудовищных замыслов. Но что, если все пойдет не так, как планировали незнакомцы и сам Мунчжо? Что, если в глубине души Юн Чону дремлет нечто гораздо более зловещее, чем он сам предполагает?