На пороге стоит его альфа. Он пьяно улыбается и держится руками за стену. Чонгук отходит назад, пропуская альфу в квартиру. А тот, достав из кармана открытую бутылку соджу, делает глоток и ногой закрывает дверь.

Я даже не думал как далеко зайду.

Чонгук должен был охранять его тело, а не спасать душу.

Джисон и Минхо – в браке 4 года, до этого год встречались и два просто дружили(додружились). Воспитывают сынишку - Чонина. Хороший маленький омега, 3,5 годика. В их жизни все довольно хорошо складывается и ничего беды предвещать не может и не могло.

- Ты мой соулмейт! - Я тебе не верю! Иди к чёрту!

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

Порш испытывал боль в своей жизни, но он не был уверен, что что-либо сможет превзойти боль, которую он испытал от вида Кинна, заключившего Тавана в свои объятия. Порш умудрился обмануть себя, поверив, что он что-то значит для второго сына семьи Терапаньякул. Он должен был догадаться.

Порш медленно проснулся. Он знал, что находится не в своей постели, но он понимал, что находится в безопасности. Он открыл глаза и столкнулся лицом к лицу со спящим Кинном. Порш понятия не имел, когда и откуда Кинн достал дополнительную кровать, ведь ее не было в палате, когда Порш заснул здесь сам.

Было что-то особенное в том, чтобы проснуться в объятиях Кинна, что давало Поршу чувство безопасности и спокойствия. Хватка Кинна была крепкой, но не властной. Кинн держал его так крепко, что Порш понимал, что он защищен, но все же при желании мог отодвинуться. Обычно Порш часто ворочался, когда спал, но когда он спал рядом с Кинном, то обнаружил, что самое большее, что он сделал, это повернулся и уткнулся лицом в шею Кинна.

Немного о повседневной жизни беременных омег, их мужьях и вредных малышах.