У Чонвона успевают в голове всплыть картинки того, о чем говорит его парень и может у него просто отключился мозг, но он бы правда хотел этого… Чтобы Джей показал, как сильно Чонвон хорош для него, похвастался бы перед кем-то, заставил бы завидовать и хотеть своего милого парня, но ни за что не отдал бы. Он пытается кивнуть головой и похоже Чонсон замечает это.

Чонвон ведет себя невероятно развязно для того, кто пару минут назад выпрашивал автомат по предмету и мял вспотевшие ладошки. Кладет руку преподавателя на собственный затылок и просит не жалеть, смотрит умоляюще и вытирает уголки рта после чонсоновой смазки вперемешку со слюной; жадно вбирает больше половины и расслабляет горло, пытаясь не поддаться рефлексам, — безуспешно. Какой же он чертовски прекрасный.

Хён хочет его внимание только себе, тычется носом в шею и скулит на ухо от желания, но Чонвон сдается и откладывает телефон только тогда, когда собственные дрожащие пальцы перестают попадать по буквам на экране, а думать о чем-либо кроме его рук на своем теле становится и правда непосильной задачей.

У Джея перехватило дыхание, когда его взгляд пал на ученика, сидящего во втором ряду. Краснея и бледнея от ужаса, он пялился на парня, который только вчера мастурбировал для него перед камерой, выстанывая тихое «‎учитель Пак».

Джей и Чонвон сполна наслаждаются друг другом в Миланской ночи после афтерпати Prada.

Из-за приближающегося гона Джей отвлекает Чонвона от мытья посуды в их общежитии, а тот оказывается и не против.