Ли Феликс загорается идеей подарить своему парню на день рождения самый лучший и запоминающийся подарок, но он еще не знает, что самый важный и ценный подарок для Хёнджина он сам.

В одной постели с мужем, В обнимку с одеялом, Никто больше не нужен. Он стал всем идеалом. Заботится о детях, Играет в воспитанье. С ним видится в рассветах — Вот, что значит счастье.

Награда получена, овации стихают, а за закрытой дверью подсобки Хенджин и Феликс празднуют победу так, как умеют только они: до дрожи в коленях, до сладкой темноты за веками.

— Феликс, тебе самое интересное, — Хан усмехнулся. — «Провести течку с тем альфой, что первым зайдет в комнату». — Чего?! — Ли распахнул глаза и соскочил с места, надеясь, что этот бред ему послышался. — А если это будет твой отец? Словно по сценарию, дверь медленно открывается, и, слава богу, на пороге появляется не отец, а старший сводный брат Джисона, ну и по совместительству влажная мечта Феликса, прекрасный сон и просто самый ахуенный альфа в мире.

— Ты выносил его девять месяцев. Ты родил. Ты почти не дышал от боли. Потом — зашивание. Швы. Лихорадка. А потом бессонные ночи, трясущиеся руки, молоко, слёзы, крики. Он обошёл кровать и встал перед ним. Феликс снова повернул голову, на него. И Хёнджин смотрел с такой силой, что омеге стало страшно — не от гнева, а от того, как много в этом взгляде было любви. — Так почему, — выдохнул альфа, — почему я должен считать тебя отвратительным?