У Ксено появляется поклонник, страстно увлечённый им и проявляющий практически болезненную одержимость. В поисках решения этой проблемы Ксено обращается к Стэнли с просьбой притвориться его парнем.

— А-а-а-а-а! — взвывает Асагири, вцепившись тонкими пальцами в копну чёрно-белых волос, — что же ты тако-о-е?!.. Хочу спа-а-ать, не хочу есть и пи-ить... — Заткнись, нахрен! — голосит с верхней койки своему соседу по комнате Кинро. — Чтобы не есть и не пить, не ешь и не пей! — Мой милый Кинро, как же ты не понимаешь... [AU! Соулмейты чувствуют вкус еды, которую ест их родственная душа]

День независимости — прекрасный повод провести время с семьëй на площади, концерте или просто дома, восславляя прекрасную Америку. Но не для Ксено. Родители оставят девушку дома после безуспешных попыток вытащить из кокона. Однако, юная мисс Уингфилд не собирается оставаться одна. У неë есть планы на еë парня — Стэнли Снайдера. Очень амбициозные и приятные.

При этом, Ксено полностью доверял Стэнли. Это пугало Снайдера больше всего. Ведь если он когда-то захочет большего: захочет присвоить Ксено себе. Позволит себе прижать его запястья к кровати, без согласия поцелует, руками будет гладить его нежную кожу. Ксено, его Ксено, любовь всей его жизни.. Он ведь согласиться. Позволит Стенли надругаться. Не станет сопротивляться. Не потому что любит. Не потому что хочет. А потому что не захочет терять единственного друга.

Рюсуй даёт Стэнли пять советов, как подступиться к Ксено. Но они приводят не совсем к тому, что Стэнли хотел получить.

Небесный Совет желает подослать шпиона к Люциферу, чтобы выведать его слабые места и нанести Аду обезглавливающий удар. На это задание они выбирают самого свирепого из своих генералов...

На свадьбе Тайджу и Юзурихи Ксено чувствует себя лишним, не понимая, зачем кому-то вообще заниматься такими вещами в новом мире. Но когда Стэн заявляет, что тоже раздумывает о женитьбе, Ксено приходится пересмотреть свои приоритеты.

Для Стэнли он всегда оставался тем, на кого он сможет залечь пластом, как скат на песчаное дно, когда станет совсем невыносимо держать лицо. А это песчаное дно отзывчивое и тёплое, во всех возможных толкованиях, способное не только бережно укутать и приласкать каждой песчинкой, но и когда потребуется - запихнуть с ворох другой запасенных у нее в загашнике разномастных ракушек прямо в скатовскую глотку.

Ксено никогда не плачет. Стэнли никогда не верит.