У него на лбу написано «Мудила», а это однозначно твой вариант.

– Юлька, короче, я придумал, мы с тобой будем членами перед камерой трясти, за деньги, – голос у меня бодрый, но зад в это самое время делает предупредительно-пугливое «жим-жим». Юлёк поднимает взгляд от телефона и некоторое время хмурится. – Я не совсем понял или, возможно, ослышался, – говорит он в переводе с пацанского своим лаконичным: «Че?» Хорошо, что я шарю в этом иностранном языке.

Мне тридцать два, а ему вполовину меньше. Я за рулём, а ему приспичило грохнуться на пассажирское и начать знакомиться ни с того ни с сего. И хер знает, что в нём должно быть такого, чтобы я согласился.

А я думал, что вы умный, профессор.

Дима — по природе своей бунтарь, ему лишь бы правила нарушать. Но до этого он толком ничего за нарушения не получал; сейчас же приставили подручным к учителю начальных классов, еще и такому скучному, еще и с незавидной репутацией. И что теперь? Как выкручиваться? И стоит ли выкручиваться вообще?..

Два школьных друга, вместо того, чтобы готовиться к выпускным экзаменам, занимаются углублённым изучением друг друга.

Доставучий одиннадцатиклассник практически превысил допустимый лимит шкалы моего терпения. Но я и не думал, что, пробив мою защиту, он так крепко обоснуется там, куда я никого еще не пускал.

Знакомая ситуация: учитель и его ученик. Что-то происходит между ними, что-то тянет их друг к другу. Только вот - что? Гормоны? Увлечение? Или все-таки это любовь?

У каждого препода есть свои любимчики. Нелюбимчики - тоже. Первым ставят хорошие отметки, вторых иногда стоило бы поставить раком. Этого точно стоило бы, пожалуй, учитывая, что именно его мой сын привел в качестве нового репетитора.

Будучи студентом заочного отделения, по запаре выбрав не тот номер из общего чата, попросил списать... у препода. Сам не ожидал... А он-то как удивился!..

— Мне нужна пятёрка. Могу отсосать, — и язык за щёку толкнул, чтоб понятнее было.