Сал любуется каждый раз, когда по щеке друга соскальзывает слеза.

Друзья не спят вдвоём на одной неудобной постели, а влюблённые не отпускают в адрес друг друга аморальные колкие шуточки.

Поспать для Адама было целым подвигом. Об этом красноречиво говорили его мешки под глазами, которым лет было явно побольше, чем самой Лют. Которых, конечно, никто не видел — Адам прекрасно скрывал свои слабости. Уже за это его можно было зауважать. Впрочем, у Лют были и другие причины.

Энджел, кажется, начал замечать, что Хаск не просто обладает обликом кота, но и имеет своеобразные характерные привычки. Встает ли у него дыбом шерсть от испуга? Линяет ли он каждый сезон? Мурчит ли от ласки? Это, конечно, не тяжелые экзистенциальные вопросы, но для Энджела они в равной степени нуждаются в ответе. Вот только Хаску его любопытство совершенно не нравится из-за его комплексов.

Люцифер настолько привык быть единственным Падшим в Аду, что наличие другого ангела – та девушка его дочери, Вэгги, не в счёт – несколько озадачивает.

Гэз должна была остаться. Должна была показать, что Диб не один. Она рядом и любит его со всеми его бесчисленными глупостями и непробиваемой недальновидностью.