Тан Бо думает об этом, думает об отпечатках зубов хёна, думает о том, чтобы ходить с убранными волосами и демонстрировать каждому отметины, словно трофеи.

Правда в том, что у двух Святых была разница в возрасте, и шесть лет не ощущаются так остро, когда вы оба взрослые мужчины.

Прошли годы, но Чхон Мён всё ещё ловит себя на том, что ждёт голос, которого больше нет, и протягивает руку в пустоту. Ночь на Хуашане — его единственный собеседник, вино — единственная попытка заглушить тишину. Но память упряма, а прошлое — слишком живое, чтобы отпустить.

Ночь в Хуашане. И двое людей под крышой что беседуют о будущем.

Парное совершенствование стало популярным в Муриме, и теперь буквально все одержимы идеей подыскать Чхон Мёну подходящую пару для брака. Разумеется, Тан Бо не упустит возможности позлорадствовать над ним.

Тан Бо плачет из-за него, и Чхон Мёну не нравится, что он ничего не может с этим поделать.

Если лето невероятно жаркое, то сопляк одевается по-другому.

Рука хёна. На его колене. На его колене тёплая и прекрасная рука хёна. Нет, предложение не становится понятнее.

— Как и почти весь Хуашань, Святой Меч Цветущей Сливы мёртв, — говорят ему то, в чём нет никакого смысла. Его даос-хён не может быть мёртв. Это невозможно.

Конечно, Тан Бо знает, что хочет большего — кто бы не хотел, просто глядя на его хёна? просто зная, какой тот неописуемый человек? — но это не то, что он может получить. Он знает это лучше, чем кто-либо другой. Но он смотрит на спящее лицо хёна, расслабленное и мирное, вслушиваясь в чужое глубокое дыхание, и думает о том, чтобы прикоснуться к нему.

Он не может встать, хотя должен; ещё немного; он не может потерять сознание, ни здесь, ни сейчас, нет; он должен… он должен сражаться; он должен встать; он должен продолжать, иначе его дети погибнут, иначе всё это напрасно, иначе зачем он вернулся, иначе… На его мече есть рука с чёрными пальцами, холодная и слишком знакомая, когда он моргает и не может отвести взгляда. Ох, — думает Чхон Мён, — я умираю.

— Даос-хён, а даос-хён, чтобы ты сделал, будь я тараканом? — спрашивает его Тан Бо, весёлый и задорный, с глупой улыбкой, закрывая ему солнце; он отворачивается от этого светящегося лица. Тем не менее, Чхон Мён отвечает так честно, как есть: — Убил бы, — и сопляк драматично охает позади него.

Его хён отодвигается, весь идеальный, такой же, как и прежде, кроме чуть красноватых губ, когда как Тан Бо нужно несколько минут, чтобы просто привести себя в божеский вид. Его хён улыбается ему, это мило, это очаровательно, это грустно. Его хён отходит от него к выходу из этого пустующего закоулка между каменным домами, и говорит: — Делай вид, будто этого никогда не было, ладно? — и его хён смеет просить его об этом, смеясь столь же восхитительным смехом.

Откровенно говоря, место между ног его хёна — это лучшее место, где был Тан Бо.

Это ранее утро, когда он выходит на веранду гостиницы, чтобы пережить в тишине своё похмелье и закурить, когда какой-то незнакомый мальчишка падает на его колени, с большим профессионализмом, чем многие куртизанки.

Таинственный человек ночью взобрался на Гору Хуа и повесил талисман на ворота. Внимание: он содержит спойлеры!!!

Спустя 100 лет Святой Меч Цветущей Сливы был возрожден и помог павшей горе Хуа сет стать сильнее. Он заключил союз с семьей Тан, дворцом Зверей и Ледяным дворцом. После возвращения из Ледяного дворца и встречи с Буддой Чон Мен пожелал узнать, почему он был перевоплощен. Он был действительно одинок и хотел стать сильнее, чтобы победить Небесного Демона, который, вероятно, тоже перевоплотился. После отдыха пришло письмо от семьи Тан...

Когда луна сокрыта за облаками, а мир погружается во тьму, слышится поступь демона и разносится пряный сливовый аромат, перекликающийся с запахом крови/Au. Чхон Мён - подчинённый Чан Иль Со, Тан Бо - реинкарнировал спустя сто лет в Тан Чжаня.

Он рождается в семье Тан вновь, но на этот раз он родился женщиной из побочной ветви, и как бы он не был силён, как бы не был умел в медицине — этого никогда не бывает достаточно ни для кого из его потомков. Поэтому Тан Бо уходит из своей семьи; блуждает, влюбляется и у неё рождается сын; находит демоническая секта и её-его судьба просто повторяется. (Или: Чхон Мён встречает ребёнка с розово-красной, как сливы, заколкой в волосах со знакомой улыбкой, но это не Тан Бо. Он снова опоздал.)

Тан Бо всегда предстаёт перед Чхон Мёном таким образом, что его сердце трепещет и болит.