- Да, мне есть до этого дело. Мне бы хотелось знать, почему какой-то шестнадцатилетний школьник выиграл в турнире восемнадцатилетних теннисистов, которые известные победители межшкольных соревнований Нагано. Как ты попал сюда?

В детстве собаку мечтал завести, но родители не разрешали. Теперь вырос и для дрессировки завёл тебя. Можешь кусаться и лаять.

Писатель Максим, страдающий от творческого выгорания, отправляется на ферму в поисках вдохновения. Но место, обещающее покой и уединение, приносит с собой тени прошлого. На пороге его встречает Данила, некогда школьный мучитель, а теперь — отец четверых детей, владелец фермы и, как выясняется, совсем другой человек. Прошлое всплывает, вызывая вопросы и неожиданную близость. Возможно ли простить? Возможно ли построить что-то на руинах когда-то сломанного?

Юдзи мог по-разному описать это чувство: тонкая, едва ощутимая нить, однако прочная как сталь и ведущая лишь по одному пути. Сломанный компас с замершей стрелкой, который сколько ни тряси — направление не менял. Лабиринт, в котором сколько бы юноша ни блуждал, все равно выходил к одному и тому же тупику. Во всяком случае, для Итадори все было именно так — его мысли всегда возвращались к Сукуне, сколько бы он ни пытался выкинуть того из головы.

Они не могли бы быть дальше друг от друга. Один — юный дознаватель, несущий закон и порядок. Второй — командир кровавого культа, ведомый яростью и жаждой власти. Их встреча — ошибка. Плен — случайность. Всё остальное — не должно было случиться. Но есть что-то сильнее ненависти. Сильнее верности, долга и здравого смысла. Это история о том, как начинаются невозможные чувства. С удара. С приказа. С цепей. И как однажды кто-то всё-таки скажет: «Я выбрал тебя первым».

Случайная встреча изменит их жизни навсегда. Что свяжет полицейского и лидера банды? Ненависть? Или нечто более глубокое и опасное?

Какой же красивый! Даже Небесные не все такие. У этого пушистые тёмные ресницы, будто нарисованные летящими мазками брови, аккуратный нос, милая родинка над верхней губой, узкий овал лица, нежная белоснежная кожа. Придвигаюсь поближе, чтобы полностью спрятать его под крыло. А как согреть иначе? Я же бестелесный!

Чтобы нанести врагу значительный удар, нужно подобраться ближе. Но подбираясь ближе, ты рискуешь раниться сам. Так кто же истечёт кровью первым?

Юноша лежал на спине. Огромный хищный зверь с лохматой серой шерстью стоял над ним, нависая брыластой мордой. Обжигающее рваное дыхание ощущалось совсем близко. Капли пенной слюны стекали на шею и ключицы человека. Мясистые губы, обычно плотно прилегающие к зубам животного, сейчас приподнимались, обнажая острые изогнутые клыки. Оскаленная пасть была готова сомкнуться на горле. Взгляд диких алых глаз проникал в самую душу. Зверь звал его… Он его ждал.

Альфа — вампир, омега — человек. Чувств между ними быть не может, даже думать об этом не стоит. Они как небо и земля — близко, но не могут соприкоснуться. Один — хищник, другой жертва, и оба на грани. На грани чувств.

Жил-был типичный IT-шник Марк, влюбленный в рок-н-ролл, кофе и женатого главу HR-отдела. В один совсем не прекрасный день на его рабочем столе появляется загадочный файл, к которому, как предполагалось, у него нет доступа. Теперь Марку предстоит доказать, что он не подлый лазутчик, а заодно объяснить мужчине своей мечты, почему хранит целую коллекцию его фоток в своём личном облаке.

Грядёт новая эра. Я с нетерпением жду её.

Он ненавидел своё отражение, пока не встретил того, кто видел в нём больше, чем он сам. Он боялся смотреть в зеркало, теперь боится смотреть на него, потому что впервые чувствует, что может быть любимым

Если полубога можно ранить, то Амрит залечит эти раны.

Сортируя белье, она не сразу заметила лежащий у ее ног предмет одежды. Из чьих именно вещей он выпал, не увидела, но, брезгливо держа двумя пальцами и в ужасе рассматривая нежно-розовые стринги с черным кружевом, ни на миг не усомнилась в принадлежности данного украшения. Белье, несомненно, для мужчины, а размер его ни мужу, ни старшему сыну не подойдет. Самира и не видела-то подобной гадости никогда!..

Один день из жизни офиса. Фурри-вселенная!

Здорово я придумал. Я собираюсь свалить с бродячим цирком. Правда, в качестве мальчика принеси-подай-иди нахуй-не мешай. Мама будет в ужасе. Я предупреждал, что не собираюсь прятаться под столом и буду прятаться по-умному – у всех на виду. Ведь с появлением вампиров простые парни перестали подвергаться преследованию со стороны военкоматов и спецслужб, поэтому, если тебя принимают за «обычного», то и жизнь у тебя становится человеческой

"...Антон не мыслил свою жизнь без их странного «треугольника», так уж вышло. Без высокого и резкого Игоря и такого же высокого, но по-другому резкого Тимы..."

Аль-Хайтам еще раз оценивающе смерил взглядом вымокшую до нитки физиономию архитектора и красноречиво усмехнулся. Мысленно он уже давно закатил глаза так далеко, что сделай он так на самом деле, то точно ослеп бы. Нет, ну он издевается? Заявился в церковь в непотребном виде, уселся смотреть что-то в телефоне на полной громкости, налил лужу под скамью. А теперь пытается рассказать священнику о его работе и утверждает, что искал утешения.

— Вы два взрослых альфы и вполне способны справиться друг с другом и без моего участия, — ответил Эмиль. Он потянул Кая на себя, но не для поцелуя, а чтобы мягко, но настойчиво подтолкнуть его к Артуру. Это был жест приглашения к танцу, первый ход в игре. И альфы повиновались немому приказу. — Наш омега сегодня в настроении поработать режиссером? — спросил Кай с хищным любопытством. — Любишь наслаждаться представлением? — Очень, — промурлыкал Эмиль. — Сегодня я хочу смотреть. И руководить.