Уитакер решает поехать домой, узнав о болезни отца, и Робби предлагает ему отправиться в дорогу вместе. Идея кажется хорошей, пока они не понимают, что остались наедине друг с другом в машине, в мотеле, в пути, который может кончиться тупиком. Приглашаю вас, дорогие читатели, отправиться в дорогу вместе с ними! Кто знает, что ждет их на этом пути. ;)

Преканон. Судьба сыграла с Робби и Уитакером злую шутку, отправив их двоих в Лос-Аджелес перед началом практики в Питт. Отправляясь в отпуск на солнечные пляжи Калифорнии, Робби даже не подозревал, что встретит там кого-то настолько особеного. Воспоминания о золотом песке, горящих рассветах у океана, тенистых зарослях Гриффит-парка и обжигающе-горячих прикосновениях юного по его меркам Дена останутся с ним еще очень надолго. Или по крайней мере до тех пор, пока судьба не раскроет карты.

К тому времени, как Дэннис Уитакер завершил интернатуру, получил диплом, чудом устроился в «Питт» и стал настоящим врачом, ему казалось, что он уже приноровился к работе в отделении неотложки. Но, конечно, вселенная просто обязана была наказать его за столь глупые мысли. Или Как Уитакер заполучил своего начальника, будучи травмированным, и события, которые к этому привели.

Указательный палец, прижатый к его груди, ощущался как дуло пистолета. Сердце Уитакера подпрыгнуло ещё выше, к самому горлу. Он чувствовал, как сердцебиение обжигает язык. — Ты всегда просто делаешь то, что тебе скажут? Уитакер облажался. А потом Робби облажался ещё сильнее.

Ритмичная музыка, мигающие цветные огни, гул голосов, гремящие бокалы, запах дым-машин вперемешку с потными надухаренными телами мужчин - таким был "Вавилон" - самый свободный от предрасудков ночной клуб на Либерти авеню. Место, где все говорили на одном языке - языке "унца-унца" и секса. В очередной раз проводив красавчика вежливой отказывающей улыбкой, Майкл увидел в толпе танцующих - кто бы мог подумать - малыша Денниса Уитакера.

Он прошёл все стадии — от той, когда едва мог смотреть, до той, что не хочет даже моргать. Он не может оторвать взгляд от того, как бёдра Уитакера сжимают седло, как он подаётся вперёд — при каждом наклоне быка — и назад, когда тот наоборот выпрямляется. Снова и снова, снова и снова он усмиряет этого механического зверя, совершая плавные круговые движения. Робби, ощущая сухость во рту, смутно осознаёт, что это, возможно, самое горячее, что он видел в своей жизни. ➜