Пустота, думает Майк. Возможно, так можно описать то, что он чувствует в последнее время. Звенит звонок, входит учитель и пишет дату на доске. 22 марта 1988 года. Майк смотрит на дату. Пустота. Одиночество. Ощущение только усиливается, и на этот раз он решает не игнорировать его. || Или: Что произойдёт, если объединить Birthdaygate и Lettergate

— Но ты же Уилл, — говорит Майк. — Я имею в виду... Я имею в виду, ты всегда был... | «Моим Уиллом», – заканчивает его мозг. | — Ребенком? — спрашивает Уилл. — Заткнись, Майк. | — Нет, — говорит Майк, звуча жалко, но он не может сказать: «Я не хочу, чтобы был какой-то другой парень, который нравится тебе больше меня», – вслух, когда Бог и Дастин могут услышать его. || Или: После того, как они спасают мир, у Уилла появляется парень и новая стрижка. Майк теряет рассудок.

Потребовалось время, чтобы сориентироваться. Он привык просыпаться от шума и вибрации, но не от прикосновений. Как обычно, он плотно прижимался к стене, чтобы сохранить расстояние в несколько дюймов между собой и Майком. Но не сейчас. Потому что Майк перекатился через кровать и обнимал Уилла сзади. Его голая грудь прижималась к обнаженной спине, одна рука была закинута на талию, и он что-то бормотал Уиллу в затылок.

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются. Живя в доме Майка, Уилл старается быть незаметным, проводя большую часть времени в подвале. Затем отключается электричество, и, если и есть что-то, чего Уилл боится больше, чем столкновения с Майком, так это холод. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

Для каждой вылазки были свои названия: разведка, налет, зачистка. Те, что предполагали путешествие на дальние расстояния с ночевкой в палатке или случайном домишке, насмешливо звались отпуском. Майк не раз упрашивал Хоппера взять его в отпуск. Но с Уиллом? Вдвоем? Минимум тридцать шесть часов, а максимум все семьдесят два? Он не мог понять, какие чувства у него вызывала открывшаяся перспектива.

Майк придет на помощь Уиллу всегда. Всегда! Даже если не понимает, с чем именно помогает, и не может предположить, чем это все обернется.

По мнению всех в жизни Майка, у него есть голос, предназначенный только для Уилла. Он пытается понять, что это говорит о нем.

Теперь он для Уилла лишь парень сестры. Эл досталась кровная и теплая характеристика, а Майк – словно безымянный персонаж, который не сегодня-завтра может смениться на другого. Почему нельзя было назвать его товарищем? Другом детства? Одноклассником, на худой конец? Все эти слова все равно не могли описать все то сложное и запутанное, что с ними стало, и вряд ли Уилл хотел распространяться об этом с новыми друзьями.

Неожиданная, почти случайная поездка в Хоукинс спустя много лет обернется для Уилла тем еще испытанием, и дело не в Изнанке. Майк, который должен быть в Чикаго со своей женой и работой редактора в издательстве, почему-то живёт в их родном городке один, работает учителем, и никто из партии не в курсе, что так сильно изменилось в его жизни за те четыре месяца, что они не виделись. Объясняясь, Майк расскажет не только про измену и развод, но и про свою первую любовь. И это перевернет все.

Майк застает своего соседа по квартире целующимся с другим парнем и очень расстраивается из-за этого. По нормальным, гетеросексуальным причинам.

Относительно спокойный мир Майка Уилера в одночасье переворачивается с ног на голову, а давно выстроенные отношения с лучшим другом начинают идти под откос. На такое не закрывают глаза, а пытаются разобраться. Вот Майк и разбирается.

Уилл остается с Дастином подольше и тоже слышит русский код.

Уилл старается. Парней, которые милы, горячи и хороши в постели, в их университете, по-видимому, не существует. Расстроенный, он жалуется Майку, который делает ему предложение, от которого он не может отказаться. К сожалению, у перепихона с лучшим другом всегда есть последствия. Тем временем у Майка появились кое-какие озарения.

Майк и Уилл становятся друзьями с привилегиями. Это вполне разумная договоренность, которой они оба полностью довольны.

Все вокруг думают, что они с Уиллом встречаются. Майк растерян, удивлен и даже чуточку зол – кому хочется пускать посторонних в свою личную жизнь? Он ума не может приложить, кому в голову вообще пришла идея, что они с Уиллом в отношениях. Но самое странное во всей этой ситуации вовсе не то, что в Хоукинсе коллективное сумасшествие, а то, что Майку эта идея вдруг начинает подозрительно сильно нравиться.

Пять раз, когда Майк поцеловал Уилла, и один раз, когда Уилл поцеловал его в ответ.

— С вас двадцать два доллара, девяносто пять центов. И мне нужно, — Уилл споткнулся, пересекшись взглядом с парнем. Он покраснел, но упорно выговорил: — Ваше имя. Для заказа. — Майк, — произнес парень и протянул помятые купюры. или кофешоп!ау по байлерам

Когда фейковые поцелуи превращаются в нечто большее, чем просто игра для двух лучших друзей.

В мире будущего возможно создавать полноценных людей в пробирках, в комплекте с предварительно загруженными знаниями, навыками и воспоминаниями. Поскольку эта технология запрещена в использовании военных действий, общество нашло другое применение таким творениям, но только богатые могут позволить себе изготовить на заказ супруга «Мэтча». 23-летний Майк — сын влиятельного политика. Когда он планирует побег, его родители сообщают ему отличную новость: он записан на прием для получения «Мэтча».

— Практиковаться в поцелуях! — Майк говорит так, словно Уилл спросил у него название настольной игры, в которую они раньше играли годами. — Я просто подумал, что, поскольку ни один из нас не целовался с нужными людьми, это было бы хорошей практикой! Так что это не будет странно. Если хочешь, конечно. — Уилл действительно хочет, но именно поэтому он должен отказаться, может быть, неловко посмеяться, пересесть или переехать в другую страну. Он всегда думал, что в Канаде было бы не плохо.