(Все твои метки мои) - Я могу дать тебе все, что ты захочешь, детка, - Цель смотрит на Хару с вожделением, искривляя губы в том, что, вероятно, считает сексуальной ухмылкой. - Деньги? Наркотики? Лучший секс в твоей жизни? Только скажи, и я дам тебе это. Как иронично. // Хару флиртует с Целью ради выполнения миссии, и Дайске немного ревнует.

Раз за разом Дайске протягивает напарнику пачки денег. Сегодня - на пиццу в ближайшей забегаловке, завтра - на новую квартиру в центре Токио вместо старой неопрятной конуры полицейского-холостяка. Като платит за все сам и почему-то целует детектива на исходе второго месяца совместной работы.

Дайске меняет страны, города и профессии, деньги – его пропуск в любое место. Его никто не может остановить, никто не осмеливается высказать ему в лицо, насколько он мудак. Именно поэтому милый щеночек-идеалист, открыто высказывающий своё недовольство, его заинтересовал. Хару Като. Дайске прокатывает его имя на языке, пробует на вкус и надеется, что этот парень не сломается, продержится подольше, ведь наблюдать за его попытками воспитать суку-Дайске очень забавно.

— Като, — начинает Камбэ, и Хару сразу же поворачивается в его сторону, будто ждал, пока к нему обратятся, — займешься со мной сегодня вечером этим? Рё останавливается на полпути. Но не потому, что он был шокирован, услышав предложение. Скорее, это его инстинкт самосохранения, физически предостерегающий его от опасности. *** 5 раз, когда Дайске и Хару говорят об «этом», вводя людей в заблуждение + 1 раз, когда Дайске и Хару нарочно говорят об «этом», прекрасно понимая друг друга.

— Вопросы здесь задаю я, — мягко напомнил Хару. — Таковы были условия. Дайскэ прерывисто вздохнул: — Да. Таковы были условия. — И ты не обязан отвечать. — Не обязан. Хару удовлетворенно кивнул. — Хороший мальчик. От внимательного взора не ускользнуло тяжелое дыхание Дайскэ, румянец, заливший его щеки, однако Хару счел нужным смолчать. Лучше не заходить так далеко, так быстро. — Итак, — продолжил он, — о чем ты подумал, когда я вытащил наручники?