Сынмин пытается взять Минхо за подмышки. Каждое прикосновение оставляет ожог, заставляет его чувствовать себя отвратительным и нежеланным. Горечь подступает к горлу. – Джисон, он пьян, и Убер уже ждёт, мы должны донести его, – говорит Ким. – Я не хочу, Сонни. Мне не нужен соулмейт, – говорит Минхо Джисону. Хан смотрит на него в ужасе, не в силах понять, броситься помогать другу или начать утешать Сынмина. соулмейт ау, где Сынмин и Минхо ненавидят друг друга

До чего докатился Ким Сынмин? Его собственный четырехлетний сын пытается наладить его личную жизнь...

Входящий вызов от кото-хёна 🐈 ... Не раздумывая, Сынмин нажимает "ответить", знает, что если потратит на раздумья больше трёх секунд, то струсит. – Хён, – начинает Сынмин, не зная, что сказать дальше, но тем не менее Минхо перебивает его. – Сынмин, – говорит он. Возможно, Сынмину кажется, но его голос звучит ниже, чем обычно, немного хрипловато. – Ты ведь понимаешь, во что ввязываешься, верно? – когда Сынмин лишь хмыкает, тот продолжает. – Мне нужны слова, щенок. – Да, хён.

– Хён, – тихо говорит Сынмин, переминаясь у двери. Даже в темноте Минхо сразу может сказать, что Сынмин одет в ту же толстовку, в которой был в первый раз. Боже, может, он и вправду умрёт. – Ты уверен? Минхо мягко усмехается. – Да, Сынмин. Иди сюда. Сынмину не нужно повторять дважды, поэтому как только он получает ответ на свой вопрос, он пересекает комнату и забирается в постель Минхо, устраиваясь на свободной половине кровати.

Это нормально порой ошибаться, падать, ломаться, собирать своё разбитое сердце вновь и вновь. Это нормально — не доверять людям после того, как ты один раз доверился, и в итоге тебе сделали больно. Нормально — плакать после ухода кого-то очень важного в твоей жизни. Это нормально — быть ненормальным.

— Ты улыбаешься, — завороженно глядя на него, ответил Минхо. — Я понял, что ещё ни разу не видел, как ты улыбаешься. — Я просто не очень люблю, — покраснев от смущения, пробормотал Сынмин. — Зря, — сказал Минхо, снова улыбаясь. — Тебе очень идёт улыбка.

Никакое природное везение не способно спасти от последствий собственных решений. Минхо снова сбежал, в этот раз он покинул ад, но в первый... В первый он разрушил всё то, что было дорого сердцу, и теперь он снова был в городе, где пряталось его прошлое. Достаточно ли он удачлив, чтобы вновь обрести себя? Или его единственный путь — это продолжать бежать без оглядки?

Он просто в шутку когда-то предложил руку и сердце перед выступлением, а влюблённому Сынмину теперь из-за этого страдать...

– Раньше я думал, что ты ненавидишь меня, – вдруг признаётся Сынмин, хотя сам не понимает, зачем. Может, что-то в этом странно домашнем моменте — когда их плечи и пальцы то и дело соприкасаются, — просто заставляет его открыть рот и говорить всё, что приходит на ум. – С чего ты взял, что это не так? — сухо откликается Минхо. – Ты приготовил для меня картофельное пюре. — Доказательства его правоты слишком очевидны. или: Сынмин живёт ощущением контроля, а Минхо решает не подчиняться правилам.

Минхо — первокурсник с розовыми мечтами в голове, а Сынмин скоро выпускается и явно не думает о глупом омеге. Целая пропасть, которую нереально перешагнуть и перепрыгнуть. — Забудь об этом. Между нами ничего не может быть, — Ким выхватил любовное письмо у него из рук и разорвал на несколько частей, вернув владельцу. — Могу я тогда узнать причину? — Ли ощутил неприятный ком в горле. — Я недостаточно хорош для тебя? — Наоборот, — альфа хмыкнул и больше ничего не ответил.

— Ты выбрал остаться, — прошептал Минхо так близко, что губы почти касались кожи на шее, и от этого недоприкосновения по телу Сынмина словно пробежал электрический разряд, — поэтому не плачь и не ной. Не я к тебе навязался.