М-да, дела мои, не так чтобы очень плохи, но как-то безрадостны. Система в отрубе, работает меньше половины, управление неудобное … хорошо, что хоть что-то работает. Знаний о мире ноль, знаний о дальнейших событиях — ноль. Что делать — непонятно. Да и знаний об аватаре тоже ноль. Ну практически... процентов десять может и наберется, но как выжить с такими исходными данными?

У каждого ребёнка наступает день, когда он просит завести собаку.

— Я не позволю тебе и пальцем тронуть моего ребенка, дьявольское отродье, — обещает Цзыюань. Вэй Усянь хохочет на грани безумства, легко запрыгивая на подоконник, вертя в руках черную флейту.   — Я все равно заберу свое, когда придет время, госпожа Цзян.  … или ау, где по старому договору второй ребёнок Юй Цзыюань должен был стать супругом Вэй Усяня, и Вэй Усянь, взошедший на престол ордена Вэй после смерти своих родителей, вовсе не собирается забывать условия этого договора.

Цзян Чэн не привык просить, не привык пускать людей ближе. Но новый воспитатель его племянника оказался слишком тёплым, слишком настойчивым и слишком настоящим.

Скажи уже “да”, Цзян Чэн

Вэй Ин мог быть совершенно невозможным, и всё равно оставался невероятно добрым и смелым.

- Ох, мой копчик... Я точно спал в лекционном зале! Извините, а где это мы?

У вечной любви нет смерти. //Сборник драбблов, не связанных между собой сюжетом. Статус «завершён», но будет пополняться.

Ему нравится, когда Ванцзи самодоволен. Это их маленькая игра: Ванцзи – чистокровный аристократ, который подбирает пояс к туфлям и пользуется крахмалом, а Вэй Ин – неряха, который однажды подцепил клопов с дивана, который притащил с обочины. Ванцзи обладает безупречным вкусом, перед которым Вэй Ин не может устоять. Его тянет к Ванцзи, как мотылька к огню или как липкие руки А-Юаня к чистой рубашке. // Молодой музыкант Лань Чжань и низкооплачиваемая няня Вэй Ин страстно влюбляются в друг друга.

Когда его проводят в центр зала, заклинатели расступаются перед ним и занимают свои места, оставляя его с двумя учениками Лань. Вэй Усянь кланяется в знак уважения к Ханьгуан-цзюню, который восседает на возвышении, похожем на трон. – Подойди, — говорит Ханьгуан-цзюнь. Его голос звучит твёрдо и властно, как голос лидера, командира. Вэй Усянь подчиняется. /или Вэй Усяня преподносят как военный приз для Ханьгуан-цзюня, но все не так однозначно

Весь мир ликует: Старейшина Илин мёртв, армий мертвецов больше нет! Но кто же знал, что Вэй Усянь, вознёсшись Богом Мёртвых, наведёт куда больше хаоса, имея в арсенале лишь бумажки и бюрократический аппарат. Ведь если нельзя быть Старейшиной Илин, а скучным Богом Смерти становиться не хочется, всегда можно найти... третий путь. Особенно когда твой самый верный и бесстрашный последователь готов ради этой идеи пойти против самих Небес.

-То есть ты типа божества что ли? - непонимающе пробормотал Вэй Усянь. -Ну... Скорее, демон, - ответил Цзян Чэн. Вэй Усянь громко заржал: -Я всегда говорил, что ты тот ещё чертила!!! - от смеха парень свалился с дивана и получил по голове подушкой.

Этот посетитель стал первым, на ком гей-радар Вэй Усяня дает сбой.

Ретро-детектив о том, как ироничный полицейский консультант из Флориды и непробиваемый офицер полиции из Техаса по воле судьбы стали напарниками в деле о поимке серийного убийцы, и им обоим это сначала ну очень не понравилось.

конвера протерлись - в подошвах насмешливо зияют дырки, намекая на то, что пора бы и новые купить. жаль, ведь вместо дырявой души новую нигде уже не взять. какой-то ебанистический намек от жизни, не так ли?

Отклонение от канона, начинающееся после пещеры Сюаньу. Что, если бы в Пристань Лотоса приехала не Ван Линцзяо? Что, если бы Вэнь Жохань отправил вместо нее Вэнь Чжулю? Уважительный, рассудительный Вэнь Чжулю, который умеет общаться с публикой...

Уехать на край света с ребенком на руках в попытках забыть прошлое поначалу казалось Вэй Ину хорошей идеей. Кто попытается достать его здесь, среди деревьев, моря и скал? Брошенная семья? Погибшие друзья? А может давно позабытый возлюбленный? Вэй Ин знал, что делает, и выбрал свой маршрут неслучайно. Возможно, только тут, рядом с близкими людьми, в самой глуши, он наконец-то сможет исцелиться и проложить себе дорогу в лучшее будущее.

Лишенный клана и совершенно одинокий, Лань Ванцзи оказывается во власти Императора. Его отдают как трофей самому преданному Генералу — тому, кого Лань Ванцзи когда-то считал своим другом детства. Но в поместье генерала Вэя всё не так, как кажется на первый взгляд.

Была ли это его душа, которую Вэй Усянь засунул обратно в его тело? Осталось ли хоть что-нибудь от него самого — Цзян Чэна, сына Цзян Фэнмяня и Юй Цзыюань — вообще? Или он был всего лишь тенью наследия своего брата, его лоскутным творением, пустой оболочкой Цзяна, так сильно наполненной Вэй Усянем, что в ней не осталось места для человека, которым он мог стать?

И Не Хуайсан осознаёт насколько его третий брат ужасен.