После Битвы за Хогвартс Гарри использует Хроноворот в попытке переписать историю. Однако что-то идёт не так, и его забрасывает на четырнадцать лет назад в прошлое.

Не знали, куда податься ни по отдельности, ни друг с другом. Улица встречала привычным холодом и знакомыми дворами, родители провожали обеспокоенным взглядом, но нигде не получалось остаться надолго, а тем более – осесть, почувствовав наконец свое место. Топтали асфальт беспризорниками этой жизни, вяло подумывая о больших планах в далекой, несбыточной перспективе.

Воха, держала района, ломает ногу и открывает для себя прелести беззаботной жизни. Теперь каждый второй бегает ему за пивом и сигами. Девки трясутся как над припухшим. Мутные типы тикают от вида металлических ходуль. Ещё и пидорок послушно проходит обряд посвящения в пацаны. Ну прямо-таки всё чётко.

Димка был типичный папин бродяга. Спортивный, резвый, бесстрашный, с мотором в заднице — вечно ему нужно было куда влезть, на что-нибудь вскарабкаться, пробежаться, подтянуться...

Я все бился и бился с жизнью, сражался с ветряными мельницами. Думал, что открою бизнес, куплю машину, квартиру, дачу, женюсь — и буду доволен жизнью, буду счастлив. Но счастье это все никак не приходило, все пролетало мимо без следа. А запомнилось, как мы с тобой сидели на подоконнике на заброшке, рисовали пальцами на запотевшем стекле и зажигалкой посылали сигналы в космос... [история о двух друзьях, которые потеряли много времени из-за того, что боялись потерять друг друга]

Ржавому восемнадцать, он учится в техникуме, дерётся, как дышит, и живёт по понятиям. Топору двадцать один, он вернулся из армии, дрифтит на заниженном тазе и понятия отрицает. И из общего у них — только панельная хрущёвка посреди России и двор, который они никак не могут поделить.

В стенах есть что-то, что наблюдает и движется. Возможно, это сам дом, но ты не настолько стабильна, чтобы винить в этом сжимающуюся и расширяющуюся древесину от бушующей снаружи бури. На самом деле, ты не очень хорошо справляешься со своим пребыванием в особняке, если учесть, что мать тебя ненавидит, дядя украл твои таблетки, а шумы и движущиеся тени носят маску. Дело не только в тебе. За тобой кто-то следит... Это Брамс Хилшер.

Владик терпеть его не мог. Презирал. Почти ненавидел. И при этом, испытывая странное, незнакомое стыдное чувство, всё никак не мог отвести от него глаз. И ненавидел ещё больше.// разница в возрасте, врачи, наставник и ученик, латентная гомосексуальность //

Старший брат возвращается из тюрьмы домой.

— Давай пари? Я, знаете, озадачен. — Пари? — переспрашиваю я, потому что мыслей, о чем он, вообще нет. — Условия такие — каждый может требовать от другого, что захочет. Кто откажется — проиграл, — он смотрит на меня не мигая. — Две недели, по заданию в день? Я смотрю на эту протянутую под партой руку и думаю, как же я умудрился сделать то самое резкое движение ещё до середины первой пары? Жму руку — кадеты, так кадеты.

— Так что я катаю на ламбе, как мечтал; пишу музло, как мечтал; живу в самом центре, как мечтал. Я счастлив. — констатирует Алишер не без улыбки на лице. — А теперь рассказывай, как ты вообще стал ебучим курьером.

Два зависимых друг от друга идиота.

Если ваша сторона проиграла в Гражданской войне, то выбор у вас невелик. Можно погибнуть в бою — это ещё куда ни шло. Можно умереть от тифа или замерзнуть, отступая вместе с армией через зимнюю тайгу. Можно, на худой конец, застрелиться. Непонятно одно: что делать, если вдруг появился человек, ради которого хочется жить?

Внезапно заболевает великий князь Арсений Сергеевич Попов. Чем заболевает – не особо понятно, но ходят слухи, что он одержим самим дьяволом. Ему нужен врач, который не будет болтать и найдет способ исцеления.

Безмятежная жизнь знатного мальчишки рухнула в одну ночь. Теперь он раб, вынужденный прислуживать сверстнику, — господину, чья счастливая жизнь и не начиналась. Их связывают неприязнь, упрямство, гордыня — и одиночество, делающее несчастными обоих. Но в череде обид, сквозь гнев и боль, прорастает неловкий интерес и робкое взаимопонимание, а вместо отторжения зарождается искренняя дружба и... юношеская любовь. Поможет ли она жить в недобром мире, где между рабским ошейником и свободой — пропасть?

Зима 1772 года, где-то по дороге в Белогорскую крепость. Пугачев, беглый каторжник и бунтовщик, встречает юного сержанта Гринева. Их связывает барская наивность и подаренный заячий тулуп.

Еще один год в Хогвартсе – далеко не предел мечтаний Драко. Но потом в его жизнь врывается дурацкий Уизли. И планомерно доказывает обратное.