Говорят, что если в рождественскую ночь поцеловать кого-то под веткой омелы, то ваша любовь будет жить вечно. А что, если поцеловать (и не только) кого-то на корпоративе, сработает? Чонгук не верит в приметы. Тэхен не верит в любовь. Но приметы и Купидон очень сильно верят в этих двоих.

— В отпуск хочу, — бодро ответил он и вытащил салфетку из кармана, не подав вида растерянности. На ней Чонгук нацарапал наслюнявленным карандашом слово отпуск, а ниже виднелась подпись президента Санта-Парка — Клауса. — Начальник уже подписал. Осталось нюансы обговорить с духом Рождества Настоящего. — Я за него, — дух Прошлого Рождества с гадкой улыбкой выхватил салфетку из рук, таинственно улыбнулся и продолжил: — Пожелания будут?

Как жить на этом белом свете, когда ты так любишь снег и мороз и мечтаешь встретить настоящий Новый год, катаясь с горок и кидаясь снежками, а тебе в мужья достался любящий, но совершенно не разбирающийся в географии альфа?

Запах тела твоего, тела твоего звон. (с) Танцы минус

Любовь греет не только в первый снег, но и в каждый следующий.

Снег. Опять в горах Миннесоты кружатся снежинки, опускаясь на землю с бешеной скоростью, стремясь к бесконечности. Всё, что недавно было зелёным, свежим и полным жизни, укутано слоем белого налёта. На первый взгляд, это лицо Зимы — холодное, безжизненное, пустое… Но стоит взглянуть внимательнее — и каждый человек обнаружит в Зиме что-то такое, что заставит его полюбить её, даже если лишь на один день, даже если лишь на мгновение…

Зарисовки, драбблы, маленькие истории по BTS, вкусные зефирки к чаю. Можно на ночь! (Сборник будет пополняться, больше зефирок хороших и разных!)

Я участвовала в адвент-календаре зарисовок на канале Vulgar Letters и собрала все зарисовки вместе. 30 историй на разные темы, с разными пейрингами и разными рейтингами. Некоторые из них превратились в мини-фанфики (ссылки указала)

Пока Ким Тэхён развешивает последние украшения на домах, добавляя изящные штрихи в и без того прекрасную атмосферу, Чонгук заканчивает последние приготовления по тотальному уничтожению всего светлого, яркого и праздничного! У него есть лишь ночь, чтобы испортить Рождество всему поселению, и он сделает всё возможное, чтобы успеть.

Альфа-хирург Чонгук, привыкший к рутине, внезапно ощутил нечто особенное, когда в отделение хирургии поступил омега Пак Чимин. Вопреки профессиональному долгу, Чонгук почувствовал, что Чимин предназначен ему судьбой. Однако случайный обрывок разговора о донорстве, невольно подслушанный Чонгуком, обрушил на него ледяной душ. Теперь он готов на всё, чтобы спасти его.

— Ого! — присвистнул Чонгук. — Да тут урожай огого! Хватит и поесть, и что-нибудь из неё ещё сделать. — Например? — Например, сварить варенье! — Слушай, отличная идея! — загорелся Тэхён. — И сырую с куста поедим, и сварим к чаю. Только… ээээ… Ты когда-нибудь варил малиновое варенье? Я — нет. — И я — нет, — отозвался Чонгук. — Но видел, как это делали родители.

— Ребят… — плаксиво начал Тэхён, хотя понимал, что его попытки просто проигнорируют. — Можно мы перевыберем, а? — Не-а, — довольно улыбался Юнги, наблюдая за чужими страданиями. — Есть в этом мире справедливость, и вы теперь не отвертитесь! — Да ты издеваешься! — прошипел Чонгук, смотря в ехидные глаза своего хёна. — Нет, нет, нет и ещё раз нет. — Да-да, Чонгук-и, — продолжал противно улыбаться Юнги, попивая своё соджу. — И только попробуйте попасться!

В Землях Трех Пределов правили древние традиции, где важна была не только сила, но и ритуалы, связывающие кровь и судьбу. Раз в пятьдесят лет совершался ритуальный брак между доминирующим омегой правящего клана и доминирующим альфой из клана, обладающего редкой силой. В новогоднюю ночь, когда загорится самая яркая звезда, в древнем храме, старейшины подтверждали совершенное таинство. Все готовились к торжеству и предвкушали праздник. И все бы хорошо, если бы не одно но: нужного альфы не было

Чонгук обожает Рождество и свою работу эльфом в волшебной лавке. Тэхен ненавидит праздничную суету и всё, что с ней связано. Он — успешный архитектор, живущий в мире строгих линий и холодного стекла. Их миры не должны были пересечься. Но однажды Тхэхен заходит купить самую нераздражающую гирлянду и встречает омегу в дурацком костюме с улыбкой солнечнее рождественских огней. Что сильнее: годами выстроенные стены или магия, пахнущая печёными яблоками и мёдом?

Когда Чонгук открыл глаза, Тэхен стоял в сантиметре от его лица, улыбаясь всё той же ослепительной улыбкой. — Ну, как, проснулся? — с интересом спросил дух.

Чимин раньше времени возвращается домой и застаёт своего мужа за изменой прямо в их спальне, в их квартире... Можно ли простить предательство?

—По моей диагностике ты влюбился друг мой. В.л.ю.б.и.л.с.я. И причем по уши. — Да неее — мотал головой Чон. — Да дааа— кивает Пак. — Да не мог же я…

Альфы никогда не думали, что омеги могут быть сильней. И как в этом случае поступить? Правильно встать рядом.

Между долгом и чувствами. Между обществом и сердцем. Между “были” и “нет”.

Всё началось с ёлки. Обычной казалось бы. Но стоило ей исчезнуть, как декабрь Тэхёна пошёл наперекосяк и привёл к самому неожиданному соседу, снегу и хаосу, которого он точно не планировал.