— Первое правило нашего договора: все эти три месяца ты мой парень. А значит тебе нельзя ни с кем встречаться и спать на стороне. Второе правило: быть скромным. Не нужно за столом говорить, как ты любишь, когда тебе присовывают в задницу. Третье правило: не смотреть на моих братьев. И если Минхо первоначально думал, что эти правила выполнимы, то, оказавшись случайно прижатым чужим обнажённым телом среднего брата Чана, — Джисоном, — до него наконец дошло — это полный провал.

Волею судьбы оказавшись в кошачьей шкуре, Джисон долгие годы жил обыкновенной жизнью бродячего кота. Но всё изменилось, когда он попал в руки кошатника-Минхо. История о жизни заколдованного парня, который влюбился в своего "хозяина", но не мог так просто вернуть себе человеческий облик~

Пока учитель по математике ненавидит Джисона за то, что он открытый гей, тот трахает ее сына во всех укромных местах школы

Стены школьной подсобки слишком тонкие, а Минхо слишком громкий.

Для Джисона это все невероятно. Он не мог вообразить, что когда-нибудь будет нависать над Минхо и смотреть в его карие глаза. — Я же говорил, что ты заслуживаешь лучшего... например, меня.

Минхо получил роль в сериале, но сценарий оказался куда горячее, чем он думал. Ему нужно сыграть роман с мужчиной, который легко рушит его границы. Джисон играет слишком убедительно и открыто показывает, чего хочет, даже когда камеры отключены. И съёмки ставят под сомнение все то, что Минхо о себе знал. — Только посмей ко мне прикоснуться вне съёмок, и я за себя не отвечаю. — И что же ты собираешься сделать, Минхо? Снова ответишь на мой поцелуй?

au, в котором Джисон берет домой котенка и называет его человеческим именем, не зная, что из-за этого его питомец может превратиться в человека.

Минхо не понимает, почему на MusicCore ему дают такие длинные гольфы, которые он ради забавы натягивает как чулки и отправляет фотографию в группу с мемберами. А у Джисона кинк на чулки.

Минхо слишком увлечен играми, а Джисон пытается привлечь его внимание любым способом.

– В школе ты доказываешь своим друзьям, что никак не можешь трахаться с тихоней и ботаником, а здесь что? Умоляешь этого ботаника вставить тебе? Не считаешь это глупым?

каждую течку минхо джисон проводит рядом. лелеет и ублажает, ухаживает и заботится, проявляет невероятную нежность и показывает свою любовь действиями. в свой же гон хан запрещает даже приближаться к себе, а что уж говорить о помощи со стороны возлюбленного. но омега упрям и своенравен, поэтому, чётко осознавая последствия, открывает дверь чужой квартиры запасным ключом.

минхо хнычет и самостоятельно трётся о лицо альфы в жажде более тесного контакта. он уже словно на последнем издыхании всхлипывает. — джисон-и, я хочу... ахх... хочу кончить. пожалуйста. джисон игнорирует отчаянный голос минхо, продолжая играть с его дырочкой пальцами, довольно улыбаясь. мучить этого кота — особый вид удовольствия. он не может себе отказать.

«Никогда не сокращайте путь, выбирая короткую, но опасную дорогу». Минхо напрочь забыл об этом правиле и по собственной глупости попал в передрягу. Попытка бегства также не увенчалась успехом, ведь встретить на ночной улице юношу с хоккейной клюшкой – не самый удачный исход.

«Стоп!», «Внимание! Опасный хищник!», «Вход на территорию запрещен!». Минхо читает кричащий текст на жёлтых знаках и скептически выгибает бровь, дёргая пушистыми белыми ушами. Ну и чушь, это явно не касается Джисона. Потому что его друг – застенчивый черный лис, который боится цикад, – совершенно не относится к столь абсурдным предупреждениям.

— Эй, придурок, отошёл от меня! — вскрикнул Минхо, как только его щека коснулась холодной поверхности. Джисон буквально вдавил его в стену, захватив обе руки в одну свою. — Как же ты меня достал, — прошипел Хан парню в самое ухо. Минхо вздрогнул и судорожно выдохнул. — Вечно задираешь меня, ходишь, как стерва, и строишь из себя крутого. А на деле всего лишь жалкая шлюшка, нуждающаяся в хорошей порке. — Быстро о-отпусти! — уже почти скулит Ли, чувствуя, как низ живота странно скручивает.

Минхо всегда думал, что знает, кто он такой. Он сильный, уверенный, настоящий альфа — как все мужчины в его семье. Но всё меняется, когда его тело решает иначе. — Минхо, чем так вкусно пахнет? Ты что, привёл омегу к нам в комнату? — Джисон втянул запах солёной карамели в лёгкие и чуть было не простонал. — Минхо? — он подошёл к двери. — Ты с омегой? — Я один. — Тогда?.. Кто?.. — Джисон замер, задержав руку на дверной ручке, не решаясь войти. — Это я. Я омега.

— Тебе нравится Красный бархат только из-за его цвета? – полюбопытничал Минхо. — Нет, не только. Один его разрез заставляет меня хотеть его съесть, а плотноватое и одновременно мягкое кексовое тесто так и тает во рту. Не сомневаюсь, если на вкус ты такой же.

– Но что это? Ли Минхо оказался в ловушке! Капитан «Чикаго Вулвз» прижал его к борту. – Что ты делаешь? – крикнул Ли. – Отдай шайбу! – Попроси меня, – словно приказ шепнул Питер, прижимаясь к Минхо сзади. – Не дождешься, – прошипел Ли. – Какая ожесточенная битва! Они оба будто с цепи сорвались! – продолжал комментатор. – Кто же завладеет в итоге шайбой? Прагматичные и расчетливые «Сеул-хала» или резкие и непредсказуемые «Чикаго Вулвз»? – Знаешь, а мне нравится. Быть сзади тебя.

Джисон уже едва воспринимает соседа как друга, потому что теперь он — лишь объект обожания, который хочется втрахать в матрас так, чтобы тот навсегда запомнил — нельзя выглядеть настолько вызывающе, когда ты не один! Это же как махать бургером перед лицом того, кто сидит на диете. По крайней мере у Джисона всегда такие же голодные глаза. au, где Минхо маячит перед глазами Джисона в коротком красном халатике, который подарили ему ради прикола, а у Джисона уже нервы сдают.

— И вообще, где Минхо взял повязку на волосы с двумя нашивками? Типа, он сам её сделал? Это так странно, и бантик, и ушки. Ну, я делаю ставку на то, что сам, потому что материал совсем разный. Уши пушистые сильно, а вот бантик... — Ч-что? — переспросил Феликс. — Ты трогал уши и остался жив? — его глаза поползли на лоб. — А что такого? — не понял Хан. — Это слишком дорогой аксессуар? Ну, я его не испортил, просто потрогал и... — Это не аксессуар, Джисон, это настоящие уши, которыми он слышит.