Рождественский вечер превращается в хаос, когда гости начинают проваливаться сквозь пол, а желания исполняются слишком буквально. Спойлер: есть печенье — плохая идея. Не есть — ещё хуже.

Заблудившись в Призрачном Городе, Се Лянь продаёт годы служения Логову Игрока, чтобы помочь человеку. Он надевает одежду рабочего и скрывает своё лицо и жизнь за зачарованной маской, защищая себя от жителей города. Се Лянь находит неожиданный дом в Призрачном Городе ещё до того, как встретил его повелителя, печально известного Хуа Чэна. Когда они наконец встречаются, что-то в нём самом, кажется, привлекает внимание Короля Призраков, и постепенно завязывается необычная дружба.

Мне не хватило в новелле фокала Хуа Чена, пришлось писать самой. Первый раз пишу фанфик. Когда Хуа Чен волнуется, он не может контролировать своих бабочек. Фаноню, что Хуа Чен не называет даже про себя Его Высочество по имени. Фаноню, что Хуа Чен, как и любой обычный человек, в первый раз очень волновался и не сразу демонстрировал все чудеса Камасутры.. "Так ты хочешь быть моим супругом? – решительно спросил принц. Хуа Чен, совершенно не контролируя себя, снова закивал головой: -Да!...

Всё началось со слухов. Искатель цветов под кровавым дождем вышел замуж. Многие долго принимали это за еще одну бессмысленную сплетню, ведь такая вещь не могла быть правдой. Детали были слишком нелепы. Слухи рассказывали о паре, которые обожали друг друга, верные и счастливые. Что за бредовый атрибут для ужасающего Хуа Чена, к тому же не говоря уже о его возможном супруге.Если бы он когда-нибудь вышел замуж, этот человек наверняка был бы либо беспомощной жертвой, либо столь же безжалостным.

Наверное, у них были разные взгляды на их отношения. Хуа Чэн искренне считал, что Его Высочество одарил его невероятной честью, став его мужем. Поэтому он и сомневался, и вечно раз за разом считал себя всё-таки недостойным и, наверное, когда-то мечтал прыгнуть выше головы, чтобы заслужить любовь Се Ляня. Его Высочество же не одолевали такие мысли, он хотел лишь схватиться и шипеть «моё». Вероятно, если бы он поддался этому желанию, и мучительных мыслей у Хуа Чэна было бы меньше.

«Кисточки, — шепчет Се Лянь. — Я должен был почистить их. Ты в порядке. Потому что я почистил их и разложил вот так». Хуа Чэн хмурит брови, а замешательство ненадолго сменяет беспокойство на его лице: «Гэгэ? Что ты имеешь в виду? Конечно, я в порядке. Мы ведь в Призрачном городе, помнишь?» На лице Се Ляня появляется выражение явных стыда, смущения и печали. Если бы сердце Хуа Чэна всё ещё билось, оно бы тут же остановилось.

На улице, где мягко пахло душистыми полевыми цветами и свежей травой, а у самого здания маленькой церкви в нос ударял запах ладана, была слышна тихая проповедь, где прямо сейчас несколько молодых послушников сложили свои руки в молитве богу. И только двоим удалось ускользнуть от зорких глаз сестёр-настоятельниц, чтобы в очередной раз сбежать вместе, крепко держась за руки.