- Адель, ну правда, ты можешь любую охмурить. Даже ее. - Охмурить? - Макс, который уже выходил из мужской раздевалки, услышал последние слова. - О, это идея! Адель, а слабо? Говорят, она вообще на парней не ведется. Если ты сможешь вскружить голову этой «механике», то я... я угощаю всех пивом.

- Ты думаешь, я тебя не знаю? У тебя пунктик на одноразовый секс. - А у тебя пунктик на хуёвые мысли?, - Адель не отстаёт, приближается так близко, что хоть миллиметр и их лица соприкоснутся, - Ты ведь сама убежала. - А мне что, ждать пока ты плюнешь на меня, как на своих прошлых шлюх?, - Вика шепчет прямо в губы, - С девочками я всё ещё общаюсь, я их не бросала. - А я?, - Шайбакова усмехается, - Я не так важна, как они?

— Не сдохни тут в первый же день, мажорка. Она не сдохла. И это была её первая ошибка.

Вика обычная девушка из Петербурга, застрявшая в череде неудач и вот-вот лишится съемной квартиры. Но жизнь дает второй шанс, когда на глаза ей попадается вакансия личного ассистента для Адель Шайбаковой — молодой и известной модели. Адель привыкла, что ассистенты не задерживаются дольше недели, но Вика не такая как все. Разница в возрасте, сложные характеры, и тонкая грань между ненавистью и чем-то, что обе боятся признать.

Маленький городок, внутри которого всегда будет твоя настольгия. До боли родные люди, знакомые места, и запах. Она уверенна в том, что если посетит свой двор с закрытыми глазами, поймет где находиться по ощущениям, по трепету сердца. Не смотря на то, что прошло столько времени, девушка до сих пор морально все еще в 10 классе, где неожиданно изменилась ее жизнь, пусть и не на 180 градусов, но как миминум 90.

— Меня пугает эта ноша сейчас. Я пытаюсь быть кем-то при них, — Вика губы сжимает, проговаривая последнее почти шёпотом. — Быть кем? — Быть не чужой среди своих.

— Номер карты?, — заставляет старосту поднять взгляд, — Я переведу. Вика чуть моргает, будто совсем не понимает суть сказанных слов, а потом бегло отвечает: — Я не беру деньгами. Адель хмурит тёмные брови и губы тянет в усмешке: — А чем же? Но становится совсем не смешно, когда Николаева совершенно серьёзно отвечает: — Натурой.

Один раз — случайность. Два — совпадение. Но три — это уже закономерность. Жизнь, в общем-то, цикличная штука.

Когда враг подбирается к тебе совсем близко, он, кажется, становится уже… ну близким врагом? Вика была самым красивым близким врагом в жизни Адель.

От ненависти до любви — один шаг. История о том, как две девушки, наученные болью и одиночеством, учатся доверять, открываться и исцелять друг друга.

Она привезла с собой питерский холод, безупречные манеры и привычку всегда получать желаемое. Но Владивосток не терпит высокомерия. В разгар самого жаркого лета Адель оказывается в эпицентре событий: лучший лагерь, последняя детская смена, статус капитана и море эмоций, которые больше не получается держать под контролем. Идиллию прерывает та, кто не смотрит на её статус. Сможет ли «золотая девочка» сохранить лицо, когда сердце впервые диктует свои правила?

— Красиво, да? Голос прозвучал неожиданно близко. Адель резко обернулась. Девушка стояла у двери, прислонившись плечом к косяку. Свет из комнаты падал на неё сзади, и лицо сначала было почти в тени. Потом она сделала шаг вперёд.

Одна пахнет бензином, не пуская никого внутрь. А другая пряностями, коллекционируяя чужие взгляды. В мимолётной встрече в клубе не было ничего особенного — только три взгляда, острые фразы и визитка, которую Вика поклялась себе выбросить.

За окном продолжал моросить дождь, барабаня по стеклу. Но в «Тёмной стороне зерна» было тепло, пахло шоколадом и кофе. Две девушки, такие разные снаружи, но такие одинаковые в своей жажде друг друга. Контрасты, которые нашли друг друга.

Адель Шайбакова — добрая, наивная и вечно опаздывающая «правая рука» ледяной начальницы Виктории Викторовны, которую в коллективе за глаза называют Чувырлой. Виктория принципиальна, суха и некомпетентна в вопросах любви, или только делает вид? Между ними всегда было напряжение: придирки, взгляды, случайные прикосновения и кофе, который Адель приносит именно таким, как любит Вика. Но когда служебная дисциплина и офисные сплетни уступают место биению двух сердец, а потом и чем-то большим в постели

Вику подруга повела с собой на танцы. Николаева никогда не занималась и не планировала, но Маша так уговаривала пойти что пришлось согласиться. Всё было бы хорошо если бы тренером не оказалась Адель Шайбакова, которая после проекта пропала и не отвечала на сообщения Вики.

Вика скучает. Сессии сданы, жизнь течёт по кругу, и даже мотоцикл не даёт той искры, которую хочется. Единственное, что хоть как-то её заводит — это Адель Шайбакова. Та, которая два года назад поставила на кон дурацкое условие: кто выиграет в баскетбол — та и сверху. Теперь этот спор возвращается, когда Адель приходит в обновлённом имидже.

Ненависть – единственная форма любви для тех, кому запретили любить.

Вика — её кумир. С детства. С первого гола, забитого в овертайме несколько лет назад. С того самого дня, когда Адель Шайбакова сказала себе: «Буду как она». Она — её соперник. Теперь. На том самом льду, где Вика Николаева правила безраздельно. Пока не появилась девятнадцатилетняя нахалка с фамилией, созданной для хоккея. Вика должна её ненавидеть. Так проще. Так спокойнее.

Допинг, травмы, инвалидные коляски — российское фигурное катание дышит на ладан. Федерация склеивает клубы в одну ледяную помойку. Адель Шайбакова приезжает в Москву без тренера, с одним чемоданом и привычкой вставать после любых падений. Здесь её ждёт чужой лёд, чужие правила и Виктория Николаева — та, кто всегда была на шаг впереди.