Сиквел, в котором Нэнси учится чувствовать, Робин — не убегать, а Нью-Йорк 80-х становится свидетелем того, как дружба, скрепленная травмами, перерастает в нечто большее.

Нэнси Уилер всегда держит всё под контролем, даже если ей приходится забирать пьяную Робин из компании обкуренных парней. Робин едва держится на ногах и не перестает болтать, вынуждая Нэнси проводить её до самой кровати. Однако в пустом доме гостеприимство оборачивается ловушкой, из которой Нэнси совсем не хочется выбираться.

Нэнси Уилер ненавидит Робин Бакли. Настолько, что это точно. Когда они решили стать соседками, все казалось идеальным: они обе очень сосредоточены на учебе и, по представлениям Нэнси, это означало покой и тишину, и, возможно, иногда веселые ночные посиделки за обсуждением их любимых книг. Однако для Робин ничего из ее университетской жизни не было тихим и спокойным.

Нэнси отравлена каждым движением рта, её пальцы доводят Робин до дрожи. Зубы впиваются в нижнюю губу, она издаёт звук, похожий на стон. Ещё больше кусочков пазла встают на свои места, мозг продолжает анализировать и сортировать. Раздражение в библиотеке из-за болтовни Робин теперь обретает смысл. Нэнси, как ни странно, очарована ею, несмотря на стойкое осознание, что она её должна раздражать. Робин сама сделала всё для того, чтобы у Нэнси появилась причина её ненавидеть.

Робин чувствует нежные, но настойчивые прикосновения в полумраке своей комнаты. К её изумлению, это Нэнси Уилер, которая ведёт себя совершенно неожиданно и смело. Робин ошеломлена, смущена, но не может отрицать, что ей это нравится. Что скрывается за этим внезапным порывом?

Три часа ночи. Звонок в общежитии Робин звучит как сигнал тревоги. В трубке лишь тишина, чьё-то неровное дыхание и тихие всхлипы. Голос, который звучит на том конце провода, Робин не слышала уже несколько месяцев, но она сразу же узнает его. Это Нэнси Уилер.

Стив умирает, защищая своих друзей. Робин сломлена, а Нэнси винит себя в произошедшем.