— Боже, сделай это ещё, Чонгук, прошу, — тэхёновы брови сходятся к переносице от того, насколько сильно он хочет этого. — Поцелуй ещё, — он требователен, но ничего не может сделать с тем, как сильно этого хочет. Даже то, как довольно, даже слегка нахально и дерзко улыбается Чонгук, ускользает от его внимания, потому что он слишком сильно хочет поцеловаться с ним снова.

— Просто расслабься, ладно? — омега ведёт по его напряжённым, широким плечам ладонями и чувствует, как тот еле дышит от охватившего его волнения. — Ты ведь никогда раньше не целовался, да? Ну, по-взрослому, — вопрос с очевидным на него ответом, но Тэхён отчаянно хочет услышать это, несмотря даже на то, что он знает, как смущён сейчас Чонгук: его щёки нещадно горят, а взгляд бегает.

Когда Чонгук поцеловал Тэхёна в первый раз, он не думал, что это будет настолько прекрасно. Когда Чонгук поцеловал Тэхёна во второй раз, он не думал, что остановиться будет настолько трудно. Когда он сделал это в третий раз, стало абсолютно ясно: Тэхён тоже не хочет останавливаться.

— Тебе хорошо, когда я делаю так? — Тэхён ощущает, как его член снова скрывается в чонгуковом рту, мягком и приятно горячем, и он бы хотел, чтобы это продолжалось вечно, настолько ему хорошо сейчас.

— О боже, Чонгук, — он хнычет между поцелуями, когда младший напористо продолжает целовать его, лаская языком. — Если честно, я… Для меня это как наш первый поцелуй, — Чонгук отстраняется, но недалеко, так, что он видит, как трепещут ресницы Тэхёна, и до него только сейчас доходит, что старший не помнит ничего о той ночи. — Ну… Боже, как стыдно! Я испоганил наш первый поцелуй из-за того, что не умею пить, честное слово…

Мысли Тэхёна прерывают зарывающиеся в его светлые вьющиеся растрёпанные волосы пальцы Чонгука. Омега оборачивается на жмурящегося от яркого света и просыпающегося альфу и не может сдержать нежной улыбки, пока его щёки горят от воспоминаний о прошлой ночи.

Дразнить голодного зверя — плохая идея. Соглашаясь станцевать перед сотней заключенных, Тэхён об этом не думал. Но когда один из них объявился у него на пороге, бежать было уже поздно.

Всё, братец, некогда мне, вечером расскажешь, какого дьявола ты в кофте Чона и, Тэ, пожалуйста, если ты решил развлечься, пусть это будет не он. — Когда, говоришь, у них соревнования? — Ким Тэхён, я тебя предупредил.

— Он снова к ней подкатывал, — прошипел сквозь зубы Чонгук, смотря на столик, где сидел Тэхен и его команда. — Заебал. — Да не очкуй, она никогда с Тэхеном не будет, — поддакнул Чимин, стоя прямо за парнем. — Знаю, но у этого придурка есть какое-то свое обаяние, хоть он и похож на холодную глыбу льда, — буркнул Чон, все не отрывая глаза от Кима. — И че за ним девки бегают?

— Подожди, — вдруг сжимает кулак Чонгук. — Я всё же не понимаю, зачем тебе так нужен этот камень? — А почему ты так не хочешь отдавать мне мою вещь? — Чонгук видит в чужих глазах раздражение?.. Уязвимость? Он не уверен. Чонгук не до конца может понять эмоции Тэхёна, всё же они общаются-то первый раз. — Да потому что, я – енот! — А я – выдра! — выхватывает у дезориентированного таким аргументом Чонгука камень и уходит не попрощавшись. — Хам! — кричит вдогонку гибрид енота.

- Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю, Чонгук? - резкий голос врывается все же в его сознание, несмотря на то, что он как только вошел в кабинет директора, так сразу и “отключил” в голове все звуки. - Сколько можно? Тебе не стыдно перед родителями? Ты из уважаемой семьи, а ведешь себя, словно вырос в трущобах.

Тэхён сидел на лекции, раздосадовано принимая реальность. Чон не обращал на него никакого внимания, как и прежде. После безумной вечеринки, прошло три дня.Чонгук портить никого не спешил, а Тэ на всякий случай настроился. Становилось всё очевиднее, что ничего не было. Он реально надышался чего-то запрещённого и словил первый в жизни глюк.

Чонгук — звезда университетской футбольной команды, Тэхён ходит на все его матчи с фотоаппаратом. Все видят их очевидную взаимную симпатию, но сами они застряли в статусе «лучших друзей с детства».

Чонгук мечтал найти свою вторую половинку. И судьба однажды послала ему ангела ____________________ И вновь мы представляем Вам наше совместное творчество. Этот фанфик писало чуть меньше авторов - всего 21 человек...

— Нравится, называй почаще. И я понимаю, ты можешь не доверять, проверять, я не против, но никогда не отходи от меня далеко, даже в мыслях. Если больно, говори со мной, я тебя выслушаю, может, что-то и подскажу. Мне кажется, что это всё сон и тебя тут нет, ущипни меня. Ай! Я же пошутил. — Вместе? — спросил Тэхен, улыбаясь. — Вместе, всегда и навечно.

В одну комнату студенческого общежития селят несовместимых соседей: Тэхёна, который ценит тишину, порядок и проводит всё время в наушниках, работая над музыкой, и Чонгука — социально активного, дружелюбного и жутко неуклюжего спортсмена, у которого постоянно толпятся друзья. Их знакомство не задаётся в первый же день.

Омега Ким Тэхён всегда был с короной на голове, острым языком и запахом, от которого сносит крышу. Альфы для него — просто инструменты на время течки. Он не верит в любовь, не верит в привязанность, и уж точно — не в щенков с добрым сердцем. Но он появился: мягкий, упрямый, горячий. Альфа с глазами пёсика и руками, от которых хочется кричать. Но вопрос остался открытым: кто кого приручил? И что случится, когда правила сломаются, а останется только жажда?

Это произошло в начале октября. Никто не ожидал, что среди бела дня один студент набросится с кулаками на другого в столовой Бостонского университета. Никто предположить не мог, что так однажды родится любовь.

— Зефирка, почему ты избегаешь меня весь вечер? Мы с тобой не в какой-то чёртовой дораме, – обнимая за талию, шепчет Чонгук, вдыхая пьянящий аромат жасмина. — Не пойми меня не правильно, альфа, но буквально пару дней назад я расстался с парнем, с которым встречался год, — шумно выдыхая, произносит Тэхён, открывая всё больше доступа к своей шее.

В жизни Чонгука всегда было множество бурь и вызовов. Неукротимый и своевольный из-за отсутствия родительского влияния, Чон часто попадал в различные неприятности. Его последний поступок — угон автобуса прямо на глазах у ошарашенных прохожих — стал последней каплей для местных властей и собственных родителей. Чонгука отправили против его воли в престижную военную академию в Сеуле, место, где дисциплина и порядок превыше всего.