Когда он пришëл в Мондштадт и Ли Юэ, ему было всë равно на то, что однажды придëтся разыграть козырь дружеского доверия в своих целях. После Инадзумы всë свернуло куда-то не туда, а уже в Сумеру он очнулся у Ирминсуля с мыслью, что сильно прикипел к этому миру. Когда видишь суть этого мира, то по наличию запретных знаний становишься на одну ступень сначала с адептами, потом – с Архонтами, а через пару лет и встреча с небесным порядком не так страшна. // постканон фестиваля фонарей 2025.

Итэр никогда раньше не ловил себя на ревности по отношению к Сяо, но порой алкоголь открывает новые умения. У Итэра это была именно ревность. Или история о том, как ребята решили отметить Рождество с друзьями.

Сяо, кажется, уже с трудом соображает, но от этого даже интереснее. Шарик во рту весь покрыт слюной, которая тянется по подбородку, стекает на голые коленки и придает ему просто невероятно очаровательный вид. Руки плотно связаны за спиной, а бедра призывно раздвинуты в стороны. Он сидит на коленях такой раскрытый, с торчащим сзади хвостиком и растрепанными волосами, что невозможно оторвать взгляд.

Итэр был опустошён, глядя вслед уходящей в портал сестре. Он ощущал себя одиноким среди друзей, которые искренне радовались ему и ценили, но он всё равно не мог полностью позволить себе забыть горечь одиночества в отсутствии рядом самого близкого человека. И вот, когда он наконец-то обрёл слабое, хрупкое, как хрусталь, спокойствие в объятиях любимого Адепта, вернувшись в Ли Юэ после очередного приключения, он вновь получает удар в самое сердце. — Кто ты? – Глядя на него, спрашивает Сяо.

Итэр говорил, что Сяо понравится в банях Аиса. Сяо перестало нравится на моменте, когда они оказались в одной комнате, прикрытые лишь жалкими полотенцами.

Итэр не похож на самого себя. Его голос более тихий, уставший. Его тело выглядит таким изможденным. Его взгляд больше не горит от одного упоминания праздника морских фонарей. Итэр словно остывший, потускневший… измученный. Но всё равно самый прекрасный.

Лучше бы Сяо научился противостоять обаянию Итэра. Не оказался бы в ситуации, где придётся наблюдать за Паймон, так и норовящей заполучить всю ласку от Итэра. И завидовать. Очень сильно завидовать.

Перед Итером встал трудный выбор и он был уверен, что в его ситуации не может быть никакого компромисса. Но жизнь и близкие люди умеют удивлять.

Набор драббл историй по игре Genshin impact на конкурс "Страстные ОтМетки". Много эмоций, близости и интима. Поздравляю с Днём всех Влюблённых!

Сяо не привык к тому, что ему нужно быть замеченным кем-то, будь то даже возлюбленный.

Сборник коротких NC с разными пейрингам. || Возможно будет пополняться ||

Сяо знает хороший способ отдохнуть.

И вот он стоит посреди какого-то чертового кладбища, обдуваемого, кажется, самыми холодными ветрами Снежной, пока Итэр преспокойно собирает какие-то цветы и мило беседует с Паймон. М-да, не это он, конечно, подразумевал под отдыхом, но чем бы дитя не тешилось... лишь бы не получало травмы в одиночку.

Сяо, сжимая его ладонь, наконец собрался с силами. — Я… я боялся, — прошептал Сяо, его голос был хриплым от боли и от непривычки говорить о сокровенном. — Боялся, что мои чувства сделают меня слабым. Что я не смогу защитить тебя. Что я потеряю тебя… и себя самого. Итэр наклонился ближе, его взгляд был полон сочувствия и глубокого понимания. — А я боялся, что ты никогда не увидишь во мне нечто большее, чем просто омегу, нуждающегося в защите, — ответил он, его голос дрожал.

–Ты скучал? –тихо спросил Итер, делая шаг вперёд. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась игривая нотка. Сяо встал, его тело напряглось, как пружина, готовое сорваться.–Ты знаешь, что скучал.–Прошептал он, его голос дрожал от нахлынувших эмоций. Он подошёл ближе, их тела почти соприкоснулись. Итер протянул руку, его пальцы коснулись щеки Сяо, и тот закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением. –Я здесь, чтобы расслабить тебя. –Прошептал Итер.

Итэр улыбнулся и протянул руку, осторожно касаясь пальцами его щеки. "Но ты пришел." Сяо закрыл глаза на мгновение, прижавшись к этому прикосновению, как котенок к теплой ладони. Когда он снова открыл их, в янтарной глубине читалось что-то неуловимо мягкое, почти уязвимое. "Я всегда приду," - прошептал он, и эти простые слова звучали как самая искренняя клятва.

Загадочное самоубийство в Академии, череда фэйлов с расследованием или раздражающее соседство: что добьёт Аль-Хайтама раньше? Всё вместе понемножку. И кто же это у нас опять влипнет в историю? Не переключайтесь! Мы вернёмся после короткого флешбэка.

— А теперь открой рот, — Хайтам легко прикоснулся большим пальцем к губам и чуть надавил. Кавех чувствовал, как рука Аль-Хайтама невесомо касается его щеки, медленно скользит к губам и, добравшись до цели, слегка давит, вынуждая раскрыть их.