Обычно Кирилл не запоминал надолго чужие имена. За несколько столетий жизни их было такое множество, что большинство стиралось из памяти. Стоило человеку пропасть из поля зрения, как его имя исчезало вслед за ним, стоило появиться — имя так же возвращалось. Однако Иллуги стал одним из тех немногих, чье имя периодически возникало в голове просто так.

— Я должен сказать тебе кое что важное, — сорвавшись на кашель, начал Светоносец. — Скажешь, когда мы выберемся. Я сейчас уберу руку, постарайся не открывать глаза, хорошо? — после этих слов Флинс убрал ладонь и взял обессиленного Иллуги на руки, чтобы продолжить путь. — Я не хочу умирать, но если вдруг, если… — голос сорвался, — если я всё-таки умру здесь, хочу чтобы ты знал… Кирилл, наклонись пожалуйста.

И взору Иллуги открылся вид на ещё одного присутствующего в шатре ратника. Луноподобные глаза сверкнули в свете тусклой лампы характерной желтизной. Бряцнули украшения, ударившись друг о друга, стоило их обладателю поддаться назад. Иллуги застыл, ловя на себе пристальный взгляд Флинса. Внутри за секунду поднялась буря. Иллуги сглотнул и, не в силах сдержать своей радости, едва заметно улыбнулся. Он знал наверняка — Флинс почуял его состояние каждой клеточкой своего нечеловеческого нутра.

Несколько раз, когда Флинс пытается привлечь внимание нового дирижёра в оркестре, и один раз, когда привлекать не приходится – спасибо дорогим коллегам за их ценные советы и помощь.

Иллуги в белом? Нет, белое ему не очень идёт, слишком холодно. Может, в тёмно-синем? Как море ночью, как его глаза, когда он очень злится. Или в серебристом - под цвет волос? | Или пять раз, когда Кирилл пытается сделать предложение Иллуги, и один раз, когда у него почти получается.

В Нод-Крае не спрашивают о прошлом, но Иллуге любопытство часто выходит боком. В Нод-Крае не спрашивают о прошлом, но Иллуге до боли хочется выпытать у Флинса всю его историю