Предложенного в шутку или нет, но Майк не такой дурак, чтобы отказываться от минета.

Позже он будет вспоминать, как идея появилась у него в голове, почему он сказал то, что сказал, предложил именно это, а не что-то еще. Пройдет еще много времени, прежде чем он признает, что он желал чего-то, что, он был уверен, ему не удастся иметь никогда. Он хотел этого, и он не мог получить желаемое, но ему хотелось дать себе что-то. Хотя бы что-то. Или: Майк предлагает Уиллу помощь. На самом деле, помощь нужна ему и его идиотскому влюбленному сердцу.

И в пятнадцать это оказалось так просто — влюбиться в Уилла Байерса. А сейчас Майку шестнадцать, час назад он целовал своего лучшего друга, и он понятия не имеет, что с этим делать. И что это значит для них двоих — тоже. Или история, в которой Майк целует Уилла, и они продолжают целоваться за закрытыми дверьми, потому что это ничего не значит. И когда это начинает значить слишком много, пути назад уже нет.

Что случится, если оставить двух безнадёжно влюблённых друг в друга людей в метель посреди заснеженной трассы в канун Рождества? Когда двигатель заглох, температура в салоне стремительно падает, а согреться можно только бутылкой вина и теплом друг друга.

Он снова посмотрел на след от угля. Это явно был Уилл. Это как найти отпечаток пальца на месте преступления, только преступление здесь — стремительно рассыпающееся здравомыслие Майка. Надо закрыть вкладку, почистить историю браузера, сжечь ноутбук и, может быть, уехать в монастырь. Надо прямо сейчас зайти в комнату к Уиллу и сказать… что? "Эй, чувак, прости, что бужу, но ты там раздвигаешь булки, чтобы оплатить наш счёт за электричество? Потому что если да — спасибо, но, блять, какого хрена?"

— Потому что ты мой друг! Друг, черт возьми! Если ты ищешь в моем поступке что-то большее, иди к Мансону за всеми этими вашими гейскими штучками! — Гейскими штучками? — Ага. А я обычный парень. Мы не целуемся в губы с другими парнями… Больше не целуемся. — Ну, если губы — это такая проблема… Я мог бы целовать тебя в другие места.

Проблема в том, что Майк не может быть долго в разрыве с Уиллом. Каждый ощущается словно петля на шее, как удавка, которую Уилл, отдаляясь, затягивает все крепче.

Что было бы, если бы Уилл и Майк лучше поддерживали связь, пока Уилл находится в Калифорнии. И Майк позволил своим безумным подростковым гормонам действовать достаточно долго, чтобы убедить Уилла помастурбировать с ним по телефону.

Он чувствует, как Уилл цепляется за его рубашку – весь нуждающийся, но пока не проявляющий напористость. Прижимается к нему поцелуями так, будто лишь просит – не требует. Он может быть таким настойчивым, но если к нему правильно прикоснуться, тут же размякнет в руках Майка. Или красное вино творит с Уиллом Байерсом чудеса.