Трое в Некрополе, не считая скелета. И ещё пары сотен скелетов, после которых надо бы пропустить пару кружек.

Если бы кто-то сказал профессору Волькарину, что потрясения от прочтения не закончатся с последней страницей сомнительной книги, то ему — человеку несомненно интеллигентному и сдержанному — стоило бы подумать ещё раз. И с осторожностью открыть следующую.

Зов отступил для орлесианских Серых Стражей так же внезапно, как и пришёл. Чудесная, невыносимо прекрасная музыка оборвалась. Оставила после себя тишину, к которой Гвен продолжала недоверчиво прислушиваться. Но покоя в этой тишине не было.

«Всё — лишь мираж, Хрупкий витраж, Мир, что берёг ты, Сам Мору отдашь». Песня барда Мериден Приветной

Когда партия в карты становится чем-то большим.

Он — Серый Страж. Она — девушка из благородной семьи. У судьбы скверное чувство юмора.

Стихотворения, написанные в качестве отзыва к прекрасной работе прекрасного автора

Тишину затворничества Рук нарушает ошибочное сообщение: фото скелета от незнакомца. Вместо того чтобы забыть, она ввязывается в игру, поддерживая ошибку. Так начинается переписка, где ладья становится их посредником, вопросы в девять вечера — ритуалом, а Манфред, скелет с именем, — тихим другом. И в мире, где каждый шаг просчитан, а сердце спрятано за коллекцией костей, они собирают свой собственный каталог из доверия, нежности и того странного цветка, что расцвёл на минном поле их одиночеств.

Вы и так настрадались после Темницы Сожалений.

Что может быть хуже конца света? Только внезапный повод жить дальше, когда до исхода остались считанные шаги. Астрид «Рук» Ингельвар и старший некромант Эммрик Волькарин встретились в самый неподходящий момент своей жизни. Она не доверяет человеку из высшего эшелона Великого Некрополя. Он вынужден присматривать за женщиной, в чьей голове поселился древний бог. Но скоро им обоим предстоит решить, чем они готовы рискнуть ради тех, кого боятся потерять.