— Мне нужна вечность, Джисон, — прошептал Минхо, глядя ему прямо в глаза. Джисон провел большим пальцем вдоль его губ и облизнулся, приближаясь к его лицу. — А мне нужен ты.

Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история.

— Люди терпят. Они могут долго терпеть. Но ведь этому всегда приходит конец, — таинственно проговорил Джисон. — И что потом? — Минхо стало любопытно. — А потом слышится треск. И что-то выходит наружу. Но это не человек. Оно тёмное, густое и неприятное. Оно страшное и неизведанное. Оно... готовое раскромсать на куски. — Так это ты?.. Джисон оглянулся. — Может, и я, — согласился он. — А может, оно во мне.

Джисон написал книгу, разлетающуюся с полок, как горячие пирожки. Его карьера писателя пошла в гору, да и личная жизнь не стояла на месте — он познакомился с Ли Минхо одним добрым осенним утром. Но неожиданно заметил, что его жизнь начала переплетаться с сюжетом им же написанной книги, где Джисон — главный герой романа. И ему придётся сделать многое, чтобы предотвратить собственную смерть.

— Ты видел самую яркую звезду? – Джисон пьяно толкнулся носом под подбородок Минхо и хохотнул. — Нет. — А я – да. И это ты. Минхо понял, что если сейчас этот пьяный недоумок не отодвинется от него, то ему ничего не останется, как пойти на поводу у своих чувств и поцеловать его в эти мягкие манящие губы. Но так ведь нельзя. Не тогда, когда Джисон пьян. Не тогда, когда Джисон все ещё его друг, не знающий, что Минхо на самом-то деле по уши в него влюблен.

— Живо разбудите Ан Су Хо! Сидящий перед ним одноклассник дёрнул его за плечо. Тот простонал и поднял голову. — Ан Су Хо! Почему ты спишь прямо на первом уроке?! Он потер глаза и откинулся назад. Только тогда он заметил меня. Его глаза расширились. «Ну за что мне всё это?!» Он проигнорировал учительницу и прямо при всех сказал: — Ааа, так это ты — вчерашняя красавица с шестого этажа. Я думал, ты – сон.

Шиын застал Сухо в не самом приятном моменте.

Ан Сухо. Он был знаменит в университетском кампусе, но Сиын никогда с ним не встречался и даже не видел его. Его не интересовали дружеские отношения — это только мешало учебе. Он общался только с двумя людьми. Со своим лучшим другом Джунтэ и своей девушкой Суа. Что ж, теперь она, наверное, его бывшая девушка.

Именно в тот момент, когда мужчина наклоняется вперед, опираясь на руку, Сухо затаивает дыхание и с тихим стоном кончает себе на ладонь — камбой опускает голову, стонет, а затем поднимает лицо, открывая взгляду маску, но его глаза — большие и манящие — пристально смотрят в камеру, полные страсти и отчаяния, а брови сдвинуты под темными волосами. Он кончает на свою руку густыми струями, ресницы трепещут, и Сухо видит розовый румянец, проглядывающий из-под маски. Этот камбой — Сиын.

Всё началось с обычной скуки, превратившейся в наваждение. И теперь Сухо не в силах остановиться. Он не сводит со своего учителя глаз. Не может держать руки при себе. Не устаёт проверять границы дозволенного, испытывая их на прочность в ожидании срыва, который положит конец этой затянувшейся игре.

Пустая раздевалка, пристальный взгляд и точка невозврата. Между Су Хо и Ши Ыном всегда пробегала искра, но сегодня она воспламеняет всё