Хёнтак слышит тихий щелчок зажигалки. Затем следует этот знакомый, отвратительный завиток сигаретного запаха. «Я просто хотел посмотреть, как сильно Бэкджин тебя избил», — усмехается он, низко и злобно. или: Сондже навещает Хёнтака в больнице

Ан Сухо — известный актёр, уверенный в себе альфа, привыкший к вниманию. Ён Шиын — закрытый и колючий студент, омега с железной выдержкой и презрением к шаблонам. Их первый взгляд был случайностью. Первый поцелуй — ошибкой. Но ни один не смог отступить. Между съёмками, университетскими коридорами и глухими инстинктами разворачивается история о тех, кто никогда не хотел принадлежать — но оказался чьим.

Идея, пришедшая в пьяные головы юных гонщиков, в итоге закончилась жаркой ночью у бильярдного стола. Но обо всём по порядку...

Маккуин рыл себе могилу, когда решил поспорить с Джексоном. Ведь именно сейчас он скачет на чужом члене в чужой машине, утопая в удовольствии

Он сам не знал, как это получилось. Этот момент, видимо, просто выпал у него из памяти. Очнулся только тогда, когда обнаружил себя в совершенно чужой обстановке, с сопящим на другой стороне кровати новичком и с ощутимо саднящей задницей. Осознание полномасштабного пиздеца, свалилось в этот момент, даже не как снег на голову, а как тяжелый, неповоротливый, силикатный кирпич, на нее же, несчастную.

«И когда я стал смотреть на него дольше, чем на остальных?», — Сухо сам не понимает этого. Он чуть качает головой и прикусывает ручку, грозя разгрызть ее и выпить невкусные чернила. Ну, такое уже бывало, поэтому Ан Сухо знает, что к чему.

Зимние каникулы на горячих источниках становятся для Сухо и Шиына моментом откровения. Они исследуют новую грань отношений между ними — от первых неловких прикосновений в воде до страстной ночи в традиционном рёкане. — Ты кончил просто от этого, - голос его звучал хрипло, с нотками изумленного восхищения. Шиын, прижавшийся к его боку, лишь глубже зарылся лицом в его плечо, но Сухо почувствовал, как горячеет кожа там, где касаются его губы.

Шиын совершенно не ожидал вновь увидеть своего друга живым и здоровым Шиын совершенно не ожидал что его чувства могут быть взаимны.

Си Ын всегда держал себя в руках — холодный разум, точный расчет, ноль эмоций. Но когда в его жизнь ворвался Кым Сон Джэ, всё рухнуло, словно неустойчивая конструкция. Теперь его чувства это большая необратимая реакция, которую он не в силах остановить. Страсть, вина и внутренняя борьба — все на грани саморазрушения.

Яэ Мико дарит Горо ошейник

Еще одна секретная комната в Хижине Чудес. Диппер хочет лишь исследовать её, но натыкается на нечто другое...

Они обязательно выживут, поступят вместе в университет, найдут работу, признаются родителям, что их дружба давно переросла в нечто большее и более чувственное. Они обязательно выживут.

Слёзы Минсу делают с ним что-то... Заставляют хотеть увидеть большее. Посмотреть насколько более милым он может стать и Таносу не терпится это увидеть. Или же сцена в уборной после голосования.

— Heeey.. — сзади раздался знакомый голос. — broo, тоже заснуть не можешь? Минсу обернулся на голос и увидел знакомое лицо. Игрок двести тридцать. Вполне ожидаемая физиономия, его голос он узнает из тысячи других.

Щенячьи глаза запавшие в фиолетовую голову. Танос/Мин Су

Кое-кто захотел перепихнуться в туалете.

Проголосовав за крестиков, Минсу старается избегать Таноса. Он держится в тени, когда замечает на себе взгляд репера прячется за другого игрока. Ходит в туалет только по ночам пока все спят, умоляя стражов его пустить. Но один такой ночной поход изменил отношения Таноса и Минсу с ног на голову.

Круглый влюбляется в Треугольника, но между ними железная дверь, серая стена, три главных правила, жестокость, массовые убийства и загадочная игра внутри игры.

— Ты знаешь правила и ты обязан их соблюдать. — он сильнее надавил на горло, 38-й был готов убить его собственными руками, а 95-й лишь лихорадочно схватился за руку квадрата, надеясь хоть немного ослабить хватку. — Ты видимо забыл, где находишься, здесь каждая ошибка стоит жизни, номер 95.

Треугольнику надоело жить из-за дня в день одинаково. Его сердце давно перестало волновать то как умирают и мучаются люди. Он перестал испытывать какие-либо эмоции. Остался только едкий страх который уже просто вошел в привычку. От него ноги не становились ватными в горле не застревал ком, просто он как черная дыра разъедал его изнутри. Прямо из сердца.