Майк придет на помощь Уиллу всегда. Всегда! Даже если не понимает, с чем именно помогает, и не может предположить, чем это все обернется.

Теперь он для Уилла лишь парень сестры. Эл досталась кровная и теплая характеристика, а Майк – словно безымянный персонаж, который не сегодня-завтра может смениться на другого. Почему нельзя было назвать его товарищем? Другом детства? Одноклассником, на худой конец? Все эти слова все равно не могли описать все то сложное и запутанное, что с ними стало, и вряд ли Уилл хотел распространяться об этом с новыми друзьями.

Для каждой вылазки были свои названия: разведка, налет, зачистка. Те, что предполагали путешествие на дальние расстояния с ночевкой в палатке или случайном домишке, насмешливо звались отпуском. Майк не раз упрашивал Хоппера взять его в отпуск. Но с Уиллом? Вдвоем? Минимум тридцать шесть часов, а максимум все семьдесят два? Он не мог понять, какие чувства у него вызывала открывшаяся перспектива.

Неожиданная, почти случайная поездка в Хоукинс спустя много лет обернется для Уилла тем еще испытанием, и дело не в Изнанке. Майк, который должен быть в Чикаго со своей женой и работой редактора в издательстве, почему-то живёт в их родном городке один, работает учителем, и никто из партии не в курсе, что так сильно изменилось в его жизни за те четыре месяца, что они не виделись. Объясняясь, Майк расскажет не только про измену и развод, но и про свою первую любовь. И это перевернет все.

Он ещё раз посмотрел на следы угля. Это явно был Уилл. Будто на месте преступления нашли отпечаток пальца, только преступлением было быстро угасающее здравомыслие Майка. Ему следовало закрыть вкладку, очистить историю браузера, сжечь ноутбук и, возможно, переехать в монастырь. Ему следовало прямо сейчас зайти в комнату Уилла и сказать... что? Эй, чувак, извини, что разбудил, но ты раздвигаешь булки, чтобы оплатить наш счёт за электричество? Если да, то спасибо, но, блять, что это за хрень?

Уилл и Майк случайно подслушивают, как парочка ведёт грязные разговоры по рации, и начинают повторять друг другу некоторые из этих пошлых фраз для прикола и смешков. То, что начинается как шутка, вскоре превращается в нечто, от чего они не могут отказаться – и о чём они не могут никому рассказать. Или: Майк и Уилл начинают разговаривать друг с другом о пошлых вещах для развлечения. Они не предполагают, что это случайно возбудит их.

Уилл и Майк случайно подслушивают пошлый разговор парочки по рации и начинают повторять друг другу некоторые непристойные фразы ради забавы. То, что начинается как шутка, вскоре перерастает в то, от чего они не могут оторваться. И никому не могут об этом рассказать.

— Потому что ты мой друг! Друг, черт возьми! Если ты ищешь в моем поступке что-то большее, иди к Мансону за всеми этими вашими гейскими штучками! — Гейскими штучками? — Ага. А я обычный парень. Мы не целуемся в губы с другими парнями… Больше не целуемся. — Ну, если губы — это такая проблема… Я мог бы целовать тебя в другие места.

Майк становится следующей жертвой Векны. Лозы утаскивают его в Изнанку прямо на глазах у Уилла.

Уилл попросил Майка стать его парнем. Всё началось с письма и случайного признания субботним днём. Но это было лишь начало. Теперь их отношения тайна. Если кто-то узнает, Лонни убьёт их обоих. Родители Майка отправят его в интернат. Они больше никогда не увидятся. Их жизнь сломается. Но они стараются не думать об этом. Они слишком заняты. Первые поцелуи, свидания, ссоры. А у Уилла появляется новая проблема – сила, которую нужно срочно научиться контролировать. Впереди выпускной и кое-что ужасное

Майк живёт один в доме, который купил в Хоукинсе, и он уже вполне привык к своей жизни успешного писателя-отшельника. Устроившись на работу после окончания колледжа, Уилл внезапно решает провести с ним две недели, оставшиеся до его первого рабочего дня. И Майку приходится не только снова привыкать к тому, что кто-то находится рядом с ним 24/7, но и справляться с тем, что этот кто-то – Уилл.

Майк застает своего соседа по квартире целующимся с другим парнем и очень расстраивается из-за этого. По нормальным, гетеросексуальным причинам.

Майк ненавидит Билли Харгроува. Не потому, что тот — поехавший сводный брат Макс, который больше боли причиняет самой Макс. Не потому, что Билли едва не убил Стива на их глазах в ночь перед закрытием врат. Не потому, что Билли привлекает все женские взгляды и часть мужских. Потому что Билли привлекает взгляд одного конкретного человека.

Когда Уиллу нужно выгрузить мысли из головы, он пишет письмо, которое никогда не собирается отправлять. Он адресует его Майку и рассказывает ему всё. Он напрочь забывает о письме, пока однажды не обнаруживает, что конверта нет. Теперь Уиллу нужно придумать, как помешать Майку прочесть это письмо или же стоит ждать в «Замке Байерса» в субботу в два часа и молиться о чуде?

—Чел, ты кто? — Где мой Ричи, долбаный ты подражатель?! (Или о том, что бывает, если ты попал в другой мир… ну, случайно)

Внутри у Майка всё сжалось в тугой, протестующий комок. Преклонить колено? Перед этим... этим книжным червём в смешной шляпе? Он спас принцессу, он проливал пот и кровь на тренировочных дворах, он годами терпел насмешки и боль, чтобы стоять здесь. А этот? Что он сделал? Выучил кучу старых фолиантов и научился шептать заклинания?

Темная сила поднимается над городом, и каждый шаг вперед становится испытанием — на верность, страх и способность любить, даже когда вокруг разгорается хаос

Существовало некогда давно королевство Вестариа, не знавшее забот под правлением мудрого короля. Но мрачные времена настали. На границе со зловещей Долиной теней барьер, веками защищавший Вестарию от чудищ, начал ослабевать. И в мирную жизнь королевства вторглись темные силы. Король, желавший спасти свой народ, отправил на битву с недругом небольшой отряд под командованием Майка Могучего, которому предстояло не только уничтожить тьму, но и разузнать, что за тайны хранит их чародей...

1987 год. Апокалипсис. Старшая школа. Уилл наконец отпустил (?) свои чувства к Майку, двигаясь дальше. А Майк… только сейчас начинает осознавать, что он, кажется, что-то упустил.

Уиллу было нелегко делить дом с Майком, а комнату – со старшим братом. И, может, он вполне мог бы справиться с чем-то одним, но не тогда, когда прилипчиво-тактильный Майк 24/7 не переставал крутиться вокруг него, а у него даже не было личного пространства, чтобы выплеснуть все, что он подавлял. Это в итоге и привело Уилла к той унизительной ситуации, в которой он оказался. Но к счастью, Майк после этого проявил просто чудеса понимания, внезапно предложив Уиллу свою комнату.