Дилюк – охотник на нечисть; Кэйя – демон. Они связаны неоднозначным обещанием, которое красной нитью пройдет через их жизни.

Дилюк получает письмо от мертвеца.

Кайя превращается в ребёнка. Дилюку приходится с этим справляться.

Буря надвигается на Мондштадт, а Кэйа неожиданно возвращается.

Физиология каэнрийцев значительно отличается от всех остальных жителей Тейвата, и Дайнслейф готов наглядно показать, чем именно.

"- ...чтобы окончательно разрешить все сомнения, сэр Кэйа, мы предлагаем вам снять вашу повязку. Теперь все смотрели на Кэйю в ожидании его ответа. Время тянулось по мгновениям, как по каплям, тягучее, долгое, неумолимое. Но Кэйя не мог ответить. Он стоял перед сенешалем, инспектором, магистром Ордена - и молчал. И в этот проклятый архонтами момент вместо него заговорил Дилюк" [P.S. История предполагается долгой, учитывайте это, если вы не любите WIP'ы]

Всё шло хорошо ровно до того момента, пока элементальная энергия Гео от алхимического создания Альбедо не вышла из-под контроля. Случайно попав в Тарталью, она вызывает в его теле причудливые метаморфозы, что в одночасье рушат парню жизнь. И есть лишь один человек, способный помочь Чайлду, но сколько мужества потребуется юноше, чтобы принять поистине божественную помощь?

-О чем же думает господин Полночный герой в такие моменты? Неужели опять о битвах? Или, ох, - Кайа почти шептал, - может о некой девушке, что ждет его за дверью? Как жаль, что назойливый братец всё никак не уходит, задерживает и не дает развлечься...

AU! В которой Кэйя — пират, а Дилюк — лидер русалок. Чем всё это обернётся? Поживём — увидим.

Модерн AU Молодой и талантливый ювелир, Кэйа Олберич, получает заказ на кольцо от владельца винокурни "Рассвет". Но для кого предназначено это кольцо, остается догадываться...

АУ, где Сяо, который стримит игры, питается энергетиками и уже даже не пытается выбраться из абьюзивных отношений, случайно встречает на тусовке у Венти Чжун Ли. (обязательно ознакомьтесь с комментарием к работе перед прочтением)

Сяо цепляет на вечеринке Венти и получает самый охеренный отсос в своей жизни.

Дилюк знал, что в тех краях ходили слухи о существе из бездны, но и подумать не мог, что существо окажется ему знакомо.

История о том, как немного сбрендивший пират и чуточку злая русалка грызутся друг с другом, воруют древние артефакты, пытаются наладить отношения и устроить геноцид, попутно ища спасения от проклятия, а также о том, как даже самый плохой исход может оказаться лучшим, если не усложнять, просто не усложнять.

Пиратские легенды, чаще всего, слагались о прекрасных существах, что ангельским ликом и голосом манили, зачаровывали и губили каждого на своём пути, но так ли это? Слишком много историй сплетались воедино, размывая черту, где начиналось одно сказание и заканчивалось другое.

Вся жизнь Кэйи построена на горе из лжи, никто и никогда не смел даже надеяться на то, чтобы забраться на вершину, да и маловероятно, что кто-то бы поистине этого возжелал, увидев его настоящую личину, прячущуюся за харизматичным фасадом. Но затем Итэр прибывает в Мондштадт, и внезапно всё меняется.

Кэйя совершил ошибку на поле боя и поплатился за неё. Земля впитывает подношение и заключает контракт, вписанный и подтверждённый кровавой подписью. У него есть только 7 дней, чтобы привести свои дела на Земле в порядок. ИЛИ: Кэйя перестарался и умер, а затем получает ещё один шанс, чтобы обдумать всё произошедшее и облегчить свой уход для окружающих людей. Глава 4 - это послесловие.

— Твой глаз бога электро? — Да, — спокойно отвечает Рэйзор, наконец выуживая из котла птицу. — Значит, я в надежных руках, — лучезарно улыбается парень, — меня зовут Беннет. Спасибо, что спас меня, Рэйзор, — благодарит искатель приключений, кутаясь в чужой плащ. И для Рэйзора словно все становится на свои места: Луна приобретает оттенок мягкого серебра, Солнце становится медовым, луга — изумрудными, а волчий крюк — аметистовым. Ведь «Бен-нет» с волчьего означает «рожденный Солнцем».

Молодой глава крупнейшего клана кицуне Моракс ищет невесту. Сыновья и дочери знаменитейших родов выстраиваются у дверей его дворца в попытке впечатлить господина, очаровать его, стать его невестой. Так почему же он влюбляется в безродного бродячего музыканта? Да еще и настолько наглого!

Тот, кто целовал его вчера, не говоря ни слова, не касаясь больше нигде, — иначе бы Кэйа запомнил, он всегда помнит прикосновения, — будто хотел сделать его своим. Приятное, будоражащее чувство для любого, кого оттолкнули тысячу раз.