В день четырнадцатого февраля Майкл узнает, что у лучшего друга, ветреного Джона, появился кто-то серьезный. Но кто? Для кого Джон попросил Майкла подготовить самый роскошный букет? И что, собственно, делать теперь Майклу, что в Джона давно безответно влюблен?

В жизни Фёдора каждые отношения завершаются, почти так и не начавшись, и всё потому, что рядом есть человек, с которым он бы хотел провести всю жизнь.

Зарисовка о дружбе, которая с самого начала была «чем-то большим». И о том, что для того, чтобы в этом «большем» признаться, надо сперва к чертям вымокнуть под ливнем.

А вот предатели – вполне. Николас узнал его по чертам лица, едва уловимому шраму, что давным-давно сам по неосторожности и оставил. Взмахнул детской короткой шпагой – и вот, пожалуйста, клеймо на всю жизнь. Да только кого тогда волновало, что будет с лицом юного сына конюха?

Обычный мальчишка из рабочего класса и сын владельца банка... У них есть будущее. Есть же?..

У Ковальски жопное чувство, которое другие называли интуицией, родилось вперед него, и он, садясь в кабину и надевая шлем, знал, что ничем хорошим это не закончится.

Двое в труппе молодёжного театра - словно искры на острие сценической рапиры. Между ними презрение, соперничество, ревность к ролям... А к ролям ли?

На что только не пойдут студенты ради экономии — даже готовы разделить свою жилплощадь с не самым подходящим (на первый взгляд) соседом…

Меняющаяся раз в три месяца подработка, тесная двушка, ворчливая бабушка и пиво с пацанами — вот и вся Витина рутина. Ах да... Ещё был Женя. Не друг, не враг — просто Женя.

Как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. И если уж так сложилось, что ты попал в другой мир, в котором действуют абсолютно чуждые тебе законы, то придется смириться с ними. Но что делать, если эти порядки напрочь для тебя неприемлемы, а возможности вернуться домой нет? Изменить нельзя принять - где ты поставишь запятую?..

Джесси Хант — романтик, мечтающий влюбиться раз и навсегда, он даже нашел себе отличного кандидата на роль парня. Правда, парень (его зовут Эван) не смотрит в его сторону, ходит по офису в идеально наглаженной рубашке и улыбается буквально всем подряд, кроме Джесси. Из этого могла бы получиться слезливая драма о безответной любви. Но однажды Эван приходит к Джесси в кабинет и предлагает поработать над кое-чем интересным вместе. Кажется, сама Вселенная дает ему шанс.

Дуглас уже начал думать, что у него никогда не появится соулмейт. Но когда тот всё-таки нашёлся, легче не стало.

Каждое лето Тим приезжает на ферму, чтобы отдохнуть от городской суеты. Он совсем не ожидает, что однажды это тихое место превратится в съёмочную площадку для реалити-шоу. Кумир миллионов на время станет их соседом, а желание побыть наедине с собой стремительно пойдёт ко дну. Это катастрофа, думает он. Но, может, на самом деле, всё не так уж плохо?

Новый пастор прибыл на остров за неделю до Иванова дня.

Кто бы мне сказал в начале первого курса, как это глупо — размечтаться до розовых соплей о главном кобеле потока?

«Ты притягиваешь подлецов, — вспоминаются мне слова Риппер, — и даешь им больше, чем они заслуживают». Если бы только я слушал ее, а не шел на поводу у чувств к Нейтану Дельгадо, которым позволил прорасти в сердце.

Брут бесит меня. Тем, как чужеродно выглядит рядом со стогом свежего сена. Тем, что ему все достается по щелчку пальцев — бабки, тачка, обучение в Хьюстонском. Что «работа» на ферме для него — лишь галка дополнительной летней активности и пускание пыли в глаза жителям Дарнеби перед предвыборной кампанией его отца. Но больше, конечно, Брут бесит тем, что никогда не говорит прямо, что ему надо. Мы не говорим об этом. Мы это делаем молча. С самого начала лета.

У Паши, сколько он себя помнит, постоянно не складывается с увлечениями. В любой момент он с легкостью может забить на то, что занимало все его мысли еще вчера. Но есть два исключения. Квизы — по-прежнему топчик. Рогов — по-прежнему сука!