Минги нравится Юнхо. Юнхо нравятся девушки… или не совсем?

Пак Сонхва и Ким Хонджун - актеры, которых судьба сталкивает на съёмках слеш-дорамы. - Так сложно рот раскрыть? - возмутился Сонхва, когда они в сотый раз переснимали сцену из-за того, что Хонджун не мог его нормально поцеловать. - Я его приоткрыл, - ответил не менее раздраженный Ким, "оттряхивая" свою одежду от прикосновений Пака. - Его следует разогреть, он еще не играл в таких проектах... - ....

В планы Минги на ближайшее будущее точно не входило налаживать отношения с тем, кого теперь следовало бы называть сводным братом. Он лишь хотел кое-как окончить школу и свалить подальше.

Сонхва звонит Хонджуну по видео, когда тот прилетает в Париж на показ Balmain. Капитан нервничает, но Хва рядом, чтобы убедить его, что всё будет хорошо.

— Может, хотя бы четвёрку?

- Ты хочешь, чтобы кто-то причинил тебе боль. Ты хочешь знать, что кто-то тоже хочет причинить тебе боль. Что твоя боль возбуждает их. Что они довольны твоими страданиями. Ты хочешь, чтобы тебе сказали, что ты издаешь самые милые звуки, когда тебя бьют. Что ты такой хорошенький, когда боишься. Минки покачал головой, но наклонился навстречу прикосновению демона, так явно не осознавая, что он сжимал бедра вместе, немного подпрыгивая и извиваясь, потому что его тело знало лучше.

юбин любит голой курить на балконе, а после греться об тёплую юхён.

Ты никому не нужен, а твое желание тепла и любви привело человека в могилу. Что ты будешь делать, некромант?

Уён забывает рассказать своей семье, что он расстался со своим парнем, и теперь все ждут, что он приедет с ним на свадьбу старшего брата. Все, что ему остается — умолять Минги, своего соседа, с которым он почти не общается, пойти с ним на свадьбу, притворившись парочкой, и провести целый месяц с ним и его семьей.

мафия ау, где Уёна и Минги отправляют на задание, цель которого — устранение давнего неприятеля их босса. Когда Уён решает для прикрытия переодеться в девушку, Минги лишь смеётся. Когда Уён действительно надевает платье и каблуки, Минги становится не до смеха.