Вадим, вообще, ненавидел, чтобы по соседству с его салоном образовывалось что-то эдакое, что мешало бы ему врубать рок на всю улицу и ржать, как ненормальному в течении дня. Но потом в здании по соседству образовывается удивительной красоты цветочный магазин, и даже музыку делать потише, когда просит его хозяин, теперь Вадиму не такая уж проблема... || au! цветочный магазин и тату салон, золотая чешуя ||

…В воздухе повсюду витает запах лимонов, и за проведенный здесь день Вадим понимает, что это, видимо, нормальная история для всей Италии, не только для Сорренто, в котором они решили остановиться. Атмосфера города Вадиму нравится — даже несмотря на шумные толпы туристов в дурацких очках и с навороченными фотоаппаратами, на которые они щелкают каждый свой шаг. Как будто без этого все тут же забудут. || [ италия, вино, безлюдный дикий пляж, быстрый секс и к о е — ч т о еще ]

"Сейчас Алтан двигается потрясающе. Его тело словно создано для искусства танца — гибкое, жилистое, округлое в самых нужных местах. Он отдается ритму, идеально попадает в него, не промахиваясь; каждое движение, будучи чистой импровизацией, будто прекрасно отточено, и он выделяется даже в столь тесной толпе. Ответ приходит быстрее, чем хотелось бы — в его движениях появилась откровенная естественная сексуальность."

О каолиновом фарфоре, первых поцелуях и проблемах с передачей контроля.

Самое яркое детское воспоминание – папа расчесывает маме волосы, медленно, неторопливо, словно ему совсем не надо бежать на работу. Это что-то вроде семейной традиции: все женщины в их роду были просто обязаны носить сложные прически. Алтан решает продолжить эту традицию в память о погибшей матери. "Из века в век в старинных сказаниях драконы сторожили сокровища. И теперь Алтан доверил ему свое – свои золотые косички..."

Вадик поднимает горящий взгляд и тянет одеяло в сторону, за что действительно получает не слишком сильный пинок в челюсть, но поздно - он с удивлением смотрит на старые шрамы: ровные и аккуратные от операций и рваные глубокие от той аварии, что убила его мать.

Людей и собак всегда надо выбирать самому, иначе они будут считать хозяином не тебя.

На часах - пять утра, заснули они не больше чем пару часов назад. Вадим опускает глаза ниже и видит неестественно согнутые стопы, сжимающие до затяжек атласную простынь руки - и до него доходит.

Ничего особенного внутри нет, только короткое и нейтральное «Когда вернёшься?» Вадик приподнимает брови - обычно его босс не интересуется ни временем, ни обстоятельствами его возвращения, даже несмотря на то, что они периодически спят: Алтан сразу предупредил, чтобы никаких разговоров о любви и верности. Как будто Дракон собирался. «Не знаю, зависит от того, как наш друг разговорится. Что-то случилось?» «Да так. Кажется, купил рубашку не по размеру. Велика»

Объектом для внимания Вадим выбирает Алтана, и тот точно не собирался заполучать себе приставучего мужика на данном этапе жизни. // Пре-канон пятилетней давности, притирка Вадима и Алтана друг к другу, горе утрат и первый секс совсем не с тем и не так, как мечталось в юности.

Он не знает, когда все это началось, но предполагает, что с Алтаном иначе вообще нельзя — у него сдвиг по фазе и комплекс власти, и для него доверять кому-то — фантастика, в постели тем более. Он совсем не умеет передавать контроль, и что-то Дракону подсказывает, что такому экземпляру, как Алтан, порадовался бы любой специалист из области психиатрии — слава богу, что у Дракона нет медицинского образования и психоаналитика ему так же близка и понятна, как теория о темной материи.

Юма не знает, что брат хочет сказать показным равнодушием, но умеет читать между строк и видеть чужие слабости. Алтан должен осознать одну простую истину: своё держи ближе.

Алтан пытается забыться после неудачи в Питере, Вадим - разбирается с последствиями.

Дракон и правда самый настоящий дракон. Вот только Алтан не знал об этой занятной детали. Как и о том, почему вдруг Вадим стал активно за ним ухаживать. Всё просто. Весна — время спаривания у драконов, которые так упорно готовы были добиваться своего.

«…их первое «я тебя люблю» звучит, когда Вадим, отчаянно цепляя руками бедра Алтана, вжимает его в стол».

Ощущения непривычные. Тот же ритм, тот же напор, что и обычно, но без ощущения проникновения.

«Не хочу останавливаться», — прошептал он на ухо Алтану и втянул в рот мочку. Давление на грудь стало ощутимее, но он не придал этому значения, продолжая мокро зацеловывать его шею, пока Алтан не толкнул его сильнее и щёку вдруг не обожгло звонким ударом ладони. Вадим замер и в этот момент понял, что немного заигрался.

Сначала Вадим приходит, чтобы убить Алтана, потом они то ли дерутся, то ли занимаются любовью, а потом Вадим рисует Алтану тату, коронуя нового лидера клана Дагбаевых.

В Питере происходит покушение на общего знакомого Серёжи и Алтана, наследника медиа-империи Гречкиных Кирилла, и те решают найти себе телохранителей. В это же время армейские друзья Олег и Вадим культурно выпивают в баре на Фонтанке, не подозревая, как круто изменятся их жизни с появлением в них экцентричных молодых миллиардеров.

у вадима на бедрах сидел алтан, с ума сходящий от размера **того самого**