"Будь щедр и тебе воздастся", говорит вера, только Энрико не планировал делиться хоть чем-то, тем более, собственным телом со своим соперником.

Он отверг человечность. Потому что ему она не нужна. Он – само божество. Венец творения, который не желает уподобляться людишкам. Это они должны быть благодарны за то, что похожи на него. За то, что являются лишь жалкой копией сошедшего с небес.

Пуччи вспоминает Дио... Не в лучшем для священника плане

—И тогда мы будем счастливы, – закончил он.

— Кто сделал это с тобой? — Это Печать Каина... Я убил собственного брата.

Гирлянды, поблескивающие разноцветными огнями, теплый свет ламп, запах корицы и специй — все вокруг кричит о празднике. Ая покупает у Тонио пряничных человечков, отмечая, что все они улыбаются по-разному и чем-то похожи на их знакомых.

Повседневная жизнь Дио и Пуччи в современной AU

Всё начинается с простого увлечения. Пуччи обнаруживает, что, хотя Ванилла Айс охраняет путь на третий этаж, его всё ещё можно обойти. Его охранная схема методична, поскольку она предсказуема, и Пуччи просто ждёт, пока он подметёт первый этаж, прежде чем отправиться наверх, бесшумно ступая босыми ногами по каменным ступеням. В первый раз он приходит только для того, чтобы доказать, что он вообще может это сделать. Он планирует вскоре уйти, довольный тем, что так легко проскользнул мимо Ваниллы

Пуччи предстоит сделать выбор - довериться Дио и быть с ним, или идти зову Бога, следуя его правилам?

Пуччи не уверен, что когда-нибудь привыкнет к температуре пустыни. Она переходит от знойных максимумов к ледяным минимумам в один и тот же день. Как только солнце заходит, холод проникает в особняк, заполняя каждую комнату вместе с темнотой. Пуччи кутается в свою одежду и пальто, стараясь сохранять тепло, пока исследует Каир. К счастью, есть множество вещей, которые помогут ему согреться.

75 год до н. э.. Джорно - сын политика, отправленного римлянами в недавно отвоеванные Помпеи, чтобы установить над ними господство и развить более безопасные торговые пути. Ровно год Джорно живёт в этом живописном месте вместе со своими отцом, братьями и подчиненными. Его философский взгляд на жизнь ставил под сомнение кажущееся бесконечно лицемерным общество, которое вмиг меняется, когда он влюбляется в гладиатора по имени Гвидо.

Когда битва окончена, и Дио получил кровь Джозефа и Джотаро, стерев родословную Джостаров с лица Земли, Какёин и Польнарефф могли наконец отпраздновать в замке Дио с остальными его приспешниками. - И что мы делаем теперь? - задумчиво спрашивает Какёин. - Все, что захотим, - отвечает Польнарефф под звук удара их бокалов.

Пуччи мечтает прикоснуться к Дио, и, кажется, это взаимно.

Возможно, Дио был старомоден, но привычкам изменить не мог, при всем своем большом желании.

Боль в горле его доконала до такой степени, что из груди изредка вырывалось нытьё вперемешку со скулежом. Ещё по телу разливался странный жар, из-за которого будто плавился мозг и раскалывалась голова. Люциус готов был поклясться, что в аду не бывало так жарко, как он ощущал сейчас.

Бинты красятся в алый, а прошлое всё ещё болит где-то в груди...

Они должны были встретится у Лололошки дома, но вместо его голубых глаз и этой чертовски красивой улыбки, дом встречает его в огне. Все книги, цветы и вещи горят, лишь пепел, как адский снег, падает с неба на белую макушку Люциуса. Но в этом хаосе чувствуется что то еще, адская магия. Он пришел. Его отец узнал о них, он пришел за ними.

Люциуса мучает бессонница. На его белоснежной коже появляются круги под глазами, а вся голова забита одним путешественником, к которому, он направляется, чтобы тот спас его от болезни и путаницы в его жизни.

"И ты покажешь мне, как плачет земля, грохот грома разорвёт нас на части. Там, где будет смерть, там же буду и я. Ты за мной не иди, Твоё время - сейчас."

Сборник (возможно), в котором автор издевается над персонажами как может. Потому что ему грустно и хочется булочку.