Заявка: Нелюдимый преподователь+студент не сдавший экзамен = секс на преподавательском столе.

— Найди себе сверстника. С которым тоже понравится. — А ты тогда с кем будешь трахаться? — спросил Артем, когда Илья схватил портфель и направился к двери. — Вы, — поправил Илья. — Я все еще твой преподаватель.

— Я хочу, чтобы ты отвлек... — Да, чтобы я отвлек того профессора, которого ты до усрачки боишься, — фыркнул Джейсон. — И как я это сделаю? Предложу поболтать о политике Карла Пятого за чашкой кофе?

- Что, прости? У меня, наверно, слуховые галлюцинации, - в замешательстве переспросил Кай мнущегося в прихожей его дома одноклассника. - Трахни. Меня, - выдавил опасно выглядящий парень, нервно теребя языком колечко в нижней губе.

Кью остыл к дракам и нарушению университетских правил. Нашлись дела поважнее. Например, задница их преподавателя по американской литературе.

Влюбиться в гомофоба, можно ли совершить бОльшую глупость? Конечно! Например, спрятать шоколадку в его рюкзаке и тихо млеть от удивленной улыбки.

Какой придурок общий чат преподавателей назвал «Общий чат преподавателей» — я, допустим, понял, но кто был зачинщиком второго, где наше сборище стебется над учащимися и обсуждает прошедшие выходные, кто назвал его «Общий чат преподователей2»?! Конечно же я их перепутал...

– Скучно, Майлз. Тебе это еще не надоело? – Генри начал медленно наматывать мой галстук на руку, заставляя меня приблизиться к его лицу и, глядя в глаза, прошептал в самые губы, – давай устроим пари? – Идет! – широко улыбнулся я и протянул руку вперед для заключения сделки. – На что спорим? – На новенького: ты должен влюбить его в себя и трахнуть.

За плохие оценки учителя назначают отработки, а за хорошие - поощряют. А что делать с учениками, которые сами выбирают способ "поощрения", причём весьма необычный?

Томас не любит насилие, не любит склоки, не любит вмешиваться в чужие разборки, несмотря на то, что одно его слово — и драка остановится. Но Томас не собирается открывать рот, чтобы прекратить очередную волну издевательств над Оливером Стоуном. У того есть свой рот и свои руки, чтобы выкарабкиваться из ямы, в которую попал. Тем более его папаша дружит с шерифом и мэром города. Проблем вообще быть не должно. Только и Оливер не спешит кому-то рассказать о происходящем.

— Твоя главная проблема в твоем характере. Ты слишком мягкий. Слишком добрый. Бегаешь со своей нежностью, как с писаной торбой. А девушкам не это надо. — А что же тогда? — Мужик им нужен нормальный. А ты… — А я? — А ты, Дима, неисправимый романтик, каких сейчас почти не осталось. Это здорово, но… Не результативно. И не актуально. Другие времена. Другие нравы.

Что делать, когда понимаешь, что испытываешь влечение к лучшему другу? И как разобраться, виноваты ли в этом разыгравшиеся гормоны пубертата или же здесь замешано нечто большее?

Сестра Миши пошутила, прислав брату видео с гей-порно. Парню же было не до смеха. Отчаянно ругаясь, уже хотел выключить запись, но увидел знакомое лицо...

— Профессор Паркер… Скоро финальный матч сезона. — Футбол? — уточнил Кэл холодно. — Да. Все члены команды сейчас на поле и не могут прийти к вам на пару. — Что же, я обсужу с тренером этот вопрос. «И ничего хорошего в ходе обсуждения не вынесу», — подумал Кэл хмуро. В прошлый раз попытка поставить Ларри Новака на место обернулась для Кэла тем, что поставили его самого. Раком. На стол. И, надо признать, не сильно-то он и сопротивлялся.