Соглашаясь на тренировки с Сукуной, Мегуми с самого начала знал, какую цену придётся заплатить.

- Эй, вы двое, что опять устроили! Брат перестань выпускать свою вонь, я вообще-то тоже омега, - Юджи схватил за руку Мегуми утаскивая в свою комнату, хлопая дверью. - В смысле, тоже омега? – пазл в его голове сложился только сейчас в полную картину, недобро усмехнувшись, он отправился в душ, значит, ему не показалось, что от черноволосого тянуло тем самым запахом, что ему приглянулся.

Мегуми готов поклясться, что, закрывая дверь, Итадори ухмыльнулся и коротко окинул взглядом его тело. На его скуле в этот момент появился оскал Сукуны.

"Я тебе всё на блюдечке преподнес, запорешь этот спектакль - убью. " Перед парнем чудесная незавершённая картина, на которой он сдавливает запястья раскрасневшегося от недостатка воздуха одногруппника, сидит на его поясе и свободной рукой держит его лицо в своих пальцах.

Фушигуро возвращается с задания. Уставший, он собирался только принять душ и лечь спать, но в комнате его ждал странный Итадори.

Не каждый день демон предлагает исполнить любое твое желание. Мегуми долго не думает, ведь он знает, что лучшее лекарство от разбитого сердца — это секс.

— Ты чего? — вопрос повторяется, Фушигуро быстро оправляется после сна и покачав головой, отвечает другу: — Всё в порядке. Кошмар.

Сатору же, даже будучи в своей маске, моментально вывел на свое лицо выражение крайней заинтересованности. О, нет. Ну почему это его жизнь? Их учитель совсем слегка приподнял уголки губ, а в висках Фушигуро уже тихо зудело раздражение. Очевидно, начинается череда издевательств над его эго. Ну что, все пристегнулись? Не высовывайте руки, головы и язык, мы начинаем.

Самое лучшее, что могло произойти с утра – это просьба директора присмотреть за Годжо, но не обычным Годжо-сенсеем, который вечно ухмыляется и шутит, а за его семнадцатилетней версией.

— Я должен переспать с первым человеком, которого увидел после пробуждения. Или, если переформулировать, должен переспать с вами.

Сукуна Рёмен - полицейский в плохом настроении, а мелкий карманник Фушигуро просто залез не в тот карман.

«— Сукуна Рёмен. Моё имя Сукуна Рёмен. Запомни его хорошенько».

— Не скромничай, шкет. Ты освободил меня от Юджи и посадил на свой поводок так ловко, что я и опомниться не успел, — Двуликий приближается к лицу Мегуми, касаясь своим носом кончика его. — За такое самоуправство придётся ответить.

Каждый месяц Сукуна наслаждается своей непокорной омегой, подпускающей его только во время течки.