Лилит аккуратно повернулась и взглянула Роба. Наверное, сейчас в её глазах можно было прочитать все чувства, что девушка испытывает к этому мужчине. Глаза были красноречивее признаний. Нежные ладони коснулись твёрдой груди, обтянутой тёмной тканью. Лилит вздрогнула, когда тёплые руки обвили её талию и спину, и в тот же момент стало невероятно хорошо. Она опустила голову на вздымающуюся грудь, где сердце сбивалось с ритма. Девушка знала, что вот оно, её место в жизни.

Вершины гор Латмос каждую ночь освещены лунным светом, словно снегом. Высокие деревья напоминают влюбленных, а листья трепещут от песни Селены под музыку Эндимионовой свирели. К небу возносится дым костров, разжигаемых каждый вечер пастухами. Светится кристально чистое озеро, словно серебряное зеркало.

- Нам нужно смириться с тем, что мы должны доверять друг другу, Лилит.

Селена устала перемещаться между мирами с целью искупить свои грехи. Каждый раз, меняя локацию, друзья и близкие забывают, кто она, а сердце разбивается, отказываясь принимать суровую реальность. И вот, Таролог, наконец-то, отпускает её, позволяя вернуться домой. Первый, о ком думает Селена — это Роберт. Каковы шансы, что теперь, в настоящем времени, он вспомнит всё?

Неожиданное сообщение меняет планы детектива Штицхена.

Селена знала, что не сможет уснуть этой ночью.

AU, в котором испытания Селены заканчиваются. Она возвращается домой.

Сами собой вспомнились и слова Сино-Одори: "Масамунэ и Кадзу для мира людей такие же, как и мы. Другие. А "другим" стоит помогать друг другу."

Они были друг другу чужими. Между ними была страшная пустота. Но она знала, что мужчина для нее - лучшее, что случалось в жизни. Даже если они провели малое количество времени вместе, она всегда знала, что Роб - тот самый человек, которому она раскрылась всей душой. Но одно пагубное решение расставило все точки над «i».

Теперь под пальцами он отчетливо осязал, как ее сонная артерия билась в ритм с сердцем, которого, как ему казалось, у Селены уже быть не должно. Роб почти чувствовал, как хрустит и ломается ее шея, как королева эльфов бездыханная падает навзничь. Это было слишком заманчиво, чтобы даже не попробовать. Он бы сделал это. Обязательно бы сделал, если бы она не прошептала ему, вжимая его ладонь сильнее себе в шею: — Я так скучала по твоим прикосновениям.

В голове внезапно возникает вихрь мыслей: «М-да, скорая помощь будет через столетие. Лекарь придёт через пару дней. Антибиотиков и противовирусных нет. Парацетамол вряд ли уже изобрели в Тотспеле. К Жозефине не пойду. Так чем я могу помочь?» — Лилит, — зовет её Роб и снова кашляет, — не стоит, всё в порядке.

Главное в Рождество — не открытые подарки, а открытое сердце.

Он оглядывает меня с ног до головы, так же, как и в нашу первую встречу в Тотспеле. От этого сравнения больно колит внутри, я на малейшую долю вспоминаю его тёплые руки на моих плечах, искреннюю улыбку, ласковые объятья. Впервые я позволила себе так сильно растворится в другом человеке. Я обнажила ему свою душу, в то время как он смотрел на меня, такой близкий и чужой одновременно.

Роб смотрел на неё и не мог понять, откуда в обыкновенной служанке взялись качества настоящего лидера. Лилит казалась ему слишком странной, но при этом невероятно умной и, чего греха таить, привлекательной. В её глазах – огонь: лихорадочный, неистовый и настолько живой, что в нем неосознанно хотелось сгореть... И он горел.

«Селена коснулась груди, осторожно очертила контур каждой засохшей раны и брезгливо поморщилась. Девушке не нравилось то, что она созерцала, и не оборачиваясь произнесла: — Господин… — пауза. — Роб, я тебе противна? — искренний вопрос слетел с губ девушки.»

Карта Таро Влюбленные описывает волнующий момент встречи с родственной душой, с тем, кого вы долго искали, может быть, всю свою жизнь. Одновременно с этим на вас ложится и ответственность за будущее этого чувства, ведь то, как вы сможете сохранить пламя любви, зависит не столько от обстоятельств, сколько от вас самих и вашего партнера.

- Здесь мои правила, Лилит.

Он появляется каждый раз, чтобы снять напряжение...

Всё то, что я накопила за свою жизнь, оказалось бесполезным. Меня нагло оторвали от привычного мира, усилили внутри бури и просто сказали: "Меняйся. Ты нас не устраиваешь". Только человек не меняется по щелчку пальцев. Но он может адаптироваться. Я не могла смириться со своими постоянными печалями, но тут Роб показал, что все не так плохо. Впервые кто-то ласково называл меня "мятежным солнцем". Пока другие пытались искоренить мои пороки, один лишь человек назвал их моей особенностью. Один

" — Я не жалею… — чуть отслонившись, сказала ему в самые губы. — А я жалею… — прерывисто дыша, ответил Роб. — …жалею, что не встретил тебя раньше. — Выдохнул и замер."