Короткая ухмылка появляется на губах старшего, обнажая острые зубы, из-за которых по коже юноши забежали мурашки. Доктор наклоняется вперёд, вновь грубо ухватив стоящего напротив за волосы, и целует. Смято, требовательно, уничижающие. Блондин даже не пытается отстранится. Он знает, если хочешь выжить здесь, нужно уметь вертеться, и поэтому он покорно приоткрывает рот, позволяя мужчине его целовать. А это ведь был его первый поцелуй.

Сборник зарисовок, в общей сумме представляющих единое сюжетное целое, для любителей фэтфетиша.

«Мой милый Дориан, порадуй меня» И это всё. Более ничего Лорд не предпринимал, более он и не сказал. Краткость – сестра таланта, и хоть Генри так и не считал, но в данном складе событий это и так.

Дотторе никогда не говорил, что любит его. Это была главная ошибка Скарамуччи. Ему никто и никогда не говорил о любви или привязанности. Ему могли сказать о том, как хорошо он принимает чужой член, о том, как замечательно он стонет, о том, как вульгарно он подмахивает бёдрами, и как это нравится Доктору. Максимум, что он выглядит неплохо, не более. Но это всё совсем не значит «я тебя люблю», «я тобой дорожу» или что-то подобное.

— Лорд Панталоне, о чём Вы? Если вопрос в море, Вы понимаете, он ведь решаем. Одиннадцатый паникует, какая прелесть. Так вот почему Доктор называет его вкусным. — Ох, мой милый-милый Аякс, Вы ведь всё прекрасно понимаете.

Священный призыв семерых – игра прекрасная. Особенно, когда она приводит к сексу. Горячему и обворожительному.