Тигнари перевел взгляд на настольный календарь с надписью «март» и несколькими выделенными карандашом днями. Нет. Нет-нет-нет, только не сейчас. Надо срочно отказаться, что-то придумать, нельзя допустить, чтобы- — Да, конечно, пусть приезжает.

Сайно решает помочь Тигнари привыкнуть к жару Пустыни довольно... необычным способом.

Тигнари никому не отказывает. Сайно не устраивает быть исключением.

Люди часто описывают их отношения как лёгкие и непринуждённые, совсем не подозревая о том, что тщательно скрыто за стенами общего дома.

- Солнце светит, негры пашут, вот такая доля наша, - напевал фенек, возясь с какой-то колбой. Добавляя порошок мятного цвета в темно зеленую жидкость, парень лишь мысленно помолился и выпил залпом все ее содержимое.

Тигнари никогда не любил грозы...

После очередного разговора Сайно с Коллеи о том, как им хотелось бы потрогать уши Тигнари, Сайно решает претворить свою мечту в жизнь.

Единственное, что отделяет Сайно от абсолютно возможного счастья, — кое-чья абсолютно невероятная скромность. Но и на это у генерала махаматры есть решение: терпение и любовь.

Дождь, один зонт на двоих и безнадёжная влюблённость в незнакомца.

— С каких пор генерал Махаматра так волнуется за какого-либо студента? — С тех самых, что это один фенёк из Амурты, который «загулялся» ночью. — Один раз. Ради исследования..

Сайно падает на колени перед самым началом подвесного моста. Он судорожно сжимает вбитые колья, окрашивая дерево собственной кровью. Генерал редко позволял противникам подобраться так близко, и совершенно не был готов к тому, что теперь ему едва будет хватать сил дойти до деревни. Гандхарва встречает тишиной. До дрожи пугающей, поедающей последнюю надежду на помощь. Но, в окне дома возможного спасения горел свет.

Каждый раз, когда Сайно отправлялся в исследовательскую экспедицию в безжизненные пески пустыни, Тигнари делал самодельный браслет из лепестков красной камелии. «На удачу» – утверждал ботаник, и Сайно всегда послушно принимал подарок. Всё продолжалось до тех пор, пока однажды один знакомый в путешествии не поведал ему о языке растений.

В один весенний день у дома Тигнари останавливается конный гонец. Он представляется официальным лицом Ордо Фавониус и волей действующего магистра отдаёт стоящему у порога Сайно два серебряных футляра. В одном из них приглашение и маленький холщовый мешочек с округлыми семенами жонкилии, на вопрос о значении которых Тигнари лишь невозмутимо пожимает плечами. «Жонкилия на языке цветов говорит о любви и страсти» — узнаёт Сайно от Лизы в ночь первого дня ежегодного Луди Гарпастум в Мондштадте.

Когда из далёкого Ли Юэ, лежащего за горизонтом и разделённого с регионом мудрости глубинной каменной пропастью, пришло письмо об открытии Разлома, Тигнари не сомневался, что поедет. «В Разломе уникальная фауна» – таким был официальный предлог его отъезда вместе с Коллеи. Истинная причина, которую знали лишь трое, была иной. В лесу Авидьи уже некоторое время происходило что-то необъяснимое. И Разлом – единственное, что приходило на ум.

В таком случае, все, что ему оставалось — наблюдать. Тигнари моргнул несколько раз, его взгляд был расфокусирован, а кончик хвоста слегка вилял. Моргнув ещё раз, он посмотрел на Сайно. Постепенно он начинал выглядеть более сосредоточенным и, судя по всему, озадаченным. — Сайно? - сонно бормоча его имя в недоумении, он зевнул, все так же лёжа на боку и не отрывая от него глаз. — Сайно, это ты?

Кавеху становится скучно и дружеская вечерняя попойка в таверне продолжается. Каковы шансы не поднять на уши весь Сумеру?

Сайно спит у Тигнари на коленях.

Люди академии пытаются допросить Тигнари о слабости Сайно. Небольшое сражение и признание чувств имеют место быть.

Действия происходят после того самого трейлера Аль-Хайтама под названием "Сначала думай - потом делай". Засидевшись допоздна в компании своих друзей, Тигнари немного перебарщивает с алкоголем, и Сайно ведёт его к себе домой.

Генерал махаматра ставит работу выше собственного здоровья, но осматривать свое тело на повреждения доверяет лишь одному человеку.