– Хайтам… Я уставший пришел домой после долгого пути. Купил нам вина на вечер. А наткнулся на закрытую дверь. И даже запасных ключей не было. Зачем мне дальше возвращаться в этот дом, если меня тут не ждут? Почему я должен смотреть на других и завидовать? Почему кто-то счастлив, а я – нет?

Кавех уже не может на них смотреть, они режут ему по сердцу без ножа.

Аль-Хайтам просыпается в кровати один.

Что-то внутри Кавеха только что разбилось. Нет, так не бывает. Этого просто не может быть.

Последнее заседание мудрецов длилось почти тринадцать часов, Аль-Хайтам хочет просто наконец-то оказаться дома, а Кавех — дурак, который ничего не понимает (или понимает слишком много).

Кавех - всеми любимый веселый парень, излучающий ауру вечно позитивного и довольного жизнью человека, но никто не знает, что, глубоко в душе, он уже давно устал от всего этого, устал быть для всех этим самым лучиком света, когда на самом деле сам уже давно погряз во тьме. Даже своему соседу он не может показать настоящие эмоции, скрывая свое состояние за постоянными перебранками. А Хайтам умный, достаточно умный, чтобы сквозь все это заметить, что с его соседом определенно что-то не так.

— Ненавижу вас, твари, — хрипит Кавех, сглатывая кровь, что противно стекает по стенке горла вперемешку с соплями. Он отчаянно дышит, стараясь хоть как-то закрыться от ударов.

Кавех не просыпается, но поворачивается в кольце рук и утыкается замерзшим носом в альхайтамовскую грудь, дрожит опухшими, покрасневшими веками, тяжело и болезненно сопит.

Каждый студент Амурты знал, что всеми любимый запах источают цветы скорби. Они растут за пустыней Хадрамавет и имеют очень интересное свойство, которое наука всё ещё изучает. Во время их цветения, в Сумеру находят как минимум трёх человек, погибших от странной болезни...

Ты никому не нужен – говорит себе Кавех, смотря в кривое зеркальное отражение. Ты - бездарность.

Кавех тёплый снаружи. Он светится как солнышко весной: не обжигает своими лучами, но дарит достаточно тепла, чтобы согреться, просто находясь рядом. Кавех холодный внутри. Он устал отдавать своё тепло тому, кто в нём не нуждается.

Аль-Хайтам хочет съязвить, что тот впервые за свою жизнь оказался прав. Хочет упрекнуть, что сердце ему не подвластно, что не он решает, на ком дольше задержать свой взгляд. Хочет возразить и соврать, что это кто-нибудь из Фонтейна-Инадзумы-Мондштадта, да хоть сама Царица, но не раскрывает рта.

Когда это началось? Скорее всего, никто из них этого и не вспомнит. Просто однажды вместо того, чтобы ответить колкостью на колкость, Кавех безучастным взглядом посмотрел на своего соседа и почти умоляющим голосом сказал: — Можно я просто попью воды, тихо вернусь в свою комнату и больше не появлюсь в твоем поле зрения до завтрашнего дня? — Если только ты ничего не разобьешь по пути, — ответил Аль-Хайтам и вернулся к чтению книги. А потом он узнал, что Кавех чем-то болен.

Сколько людей оставалось без родственной души? Кавех прикинул, что процентов пятнадцать всего населения планеты, причем главная причина подобного — несчастные случаи с летальным исходом. Он же единственный, от кого отказались, без каких-либо объяснений, без слов, без всего.

— Кавех, ты здесь?...я чувствую себя странно... пойдем домой. — конечно, пойдем.

Привычно кукольная улыбка на его светлом лице трескается под напором воспоминаний прошлого. Короткая история, в которой в один из дней чувство вины накрывает Кавеха с головой.

Аль-Хайтам ненавидит прикосновения, а Кави ненавидит невозможность коснуться любимого человека. Замкнутый круг.

Аль-Хайтам впервые чувствует себя настолько неприятно. И расстеряно. А ещё виновато. Но он не может игнорировать его проблему. AU, в которой Кавех находится в состоянии выгорания, а Аль-Хайтам только всё усложняет