Эд пришёл в наш главный офис пару лет назад, когда я уже успел вплотную подобраться к креслу зама. Мне оставалось пару рывков, и статус «правой руки» стал бы официально моим. Но все шло закономерно и по плану ровно до тех пор, пока внезапно свалившийся с неба белокурый «ангелок» с внушительным не по годам именем Эдуард, не вмешался со своим свежим взглядом и авантюризмом вчерашнего студента.

Снейп спасся во время битвы, но об этом никто не знает. Один раз, проведывая свою могилу, он находит кое-кого, кто отчаянно хочет умереть. Помогая девушке, он и для себя находит стимул для жизни.

Глупо считать, что у примерной студентки получится примерная отработка.

Что будет, если на седьмой курс Гриффиндора поступит новый ученик? Что если этот ученик терпеть не может данный факультет? И что, если этот ученик помолодевший профессор зельеварения?

Впервые за очень долгое время ему было тихо.

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Драко и Гермиона даже не подозревали, как приятно может оказаться сидеть под одним зонтиком на дождливом матче Гриффиндор-Слизерин...

И будь я благородным принцем, отпустил бы тебя сейчас, но это не та сказка.

Гермиона снова почувствовала странный звон в ушах. Она впервые увидит его со времен войны, когда он, изможденный и раненый, сидел за слизеринским столом в Большом Зале, сжимая руку матери. Она не думала искать его ни в коридорах, ни под белыми простынями, ни по дороге в Тайную комнату с Роном, но, по итогу, оказалась просто глупой девчонкой.

— Это была моя любимая сказка. Но потом я выросла и поняла, что это...так глупо. Она всё время бежала за ним босиком, когда он даже не подумал о ней, уйдя со Снежной Королевой. Он все эти годы о ней даже не вспоминал. И я не хочу быть глупой, как она. Я устала бежать за Каем. Я устала, — Гермиона ощутила, как тёплая слеза скатилась в угол её губы, и он проследил за ней холодным взглядом. Так он смотрит на соперников перед игрой в квиддич. Безразлично. Бездушно. Чёрство. — Пусть спасает себя сам.

— М-малфой, — наконец разродился Поттер. — Какого хера на тебе гриффиндорский галстук?

«Они растерзали её, а затем стёрли все воспоминания обо мне, словно передав послание. Послание, которое разрушило мою жизнь. Послание, которое разбило…» — Драко осёкся. Блейз понимающе кивнул и закончил за него: «Которое разбило тебе сердце».

Он не может покинуть комнату. Её комнату. И виновен в этом лишь Орден. Он заперт в замкнутом пространстве с грязнокровкой, и чем-то придется пожертвовать. Возможно, рассудком. А может, и нет.

Драко Малфой был влюблен в Гермиону Грейнджер. Он не знал об этом. Она не знала об этом. Но Блейз, о Мерлин, как же Блейз об этом знал.

Существует, вероятно, обычная любовь — взаимное тяготение двух сердец, двух душ. Но существует, несомненно, и другая любовь — тягостная, жгучая, безжалостная — необоримое влечение двух несхожих людей, которые одновременно ненавидят и обожают друг друга.

Путь взросления Гермионы и искупления Драко Малфоя.

Сиквел "Сказка о том, как Герда бежит за Каем". Особенность сказок не в волшебстве и чудесах, а в том, что к ним хочется возвращаться.

Гермионе кажется, что в свои двадцать три у Малфоя абсолютно каждая из этих вычурных гладких прядей измазана сединой.

По заявке с одного из форумов, автора не помню. "Люциус и Гарри женаты. Время где-то год или два после победы. И вот однажды Драко рано возвращается домой откуда-нибудь и ему кое-что нужно в спальне родителей. К тому что Гарри стал его мачехой блондин отнесся спокойно, хотя и не с восторгом. Пока сынок был в спальни домой возвращаются родители в весьма возбужденном состоянии. Драко сам не понимая почему (или он взять хотел что-то без разрешения) прячется в шкафу. Ну думаю дальше понятно".

Гарри задумчиво взлохматил волосы, в книге он точно не видел описания ничего подобного. Он еще раз сосредоточился и попытался уловить хоть какие-то изменения в своем самочувствии. Опять ничего, кроме полос ничего в нем не изменилось. Поттер хмыкнул - какое бы наследие в нем не пробудилось, оно точно со стороны отца, так что теперь он будет слышать не только "Гарри, у тебя глаза твоей матери!", но и "Гарри, у тебя полоски на заднице твоего отца!"