И даже если ему придется пережить в тысячи раз больше мучений, что он уже испытывал, ему будет все равно. Главное что Итер любит его, а Сяо будет любить в ответ, до последнего вздоха.

— Я, — начинает спустя время Итер, — больше не вернусь сюда. Алатус застывает в немом непонимании. Почему? Что случилось? Вопросы лились буйным водопадом, но парень не промолвил и слова, не смог преодолеть ком, застрявший в горле.

Итэр принимает его не только телом, но и всей душою, его кровавое прошлое, абсолютно всё.

Итэр отбивается от монстров и собирает звёзды на пляже. Он забирается на скалы и срывает белоснежные Цинсинь, которые вплетает в волосы возлюбленного. Сяо краснеет, смотрит влюблёнными глазами и растворяется в родных объятиях.

"Я не привязываюсь к людям." - говорил я, пока считал себя чудовищем. Но этот юноша смог вселить в меня ощущение жизни, любви и моей нужности не только как Адепта, но и как человека в целом. Он идеален, его можно сравнить с цветком цинсинь. Но пару месяцев или лет спустя он уезжает. Ненадолго, но нам обоим хватает, чтобы соскучиться и влюбиться заново. Архонты, только бы он вернулся.

человек, возможно, думает, что где-то там у него есть дом. иначе от чего наполнены столь глубокой печалью могут быть они, направленные на что-то столь восхитительное, как звёзды?

Итер покинул Тейват после завершения своего путешествия. Но что будет с оставшимися наедине с самим собой адептом?

В его комнате был бардак, пол был усыпан чертовыми салфетками, к тому же он был почти уверен в том, что его глаза были до сих пор красными,и отметины на его руках были бы видны любому, кто решил бы зайти в его комнату.

этой ночью, полной нежности и настоящей любви, он сделал для сяо бесконечно много. он помог ему открыться. открыть какую-то часть своих чувств и поделится толикой своих переживаний. пусть совсем немного, но даже это было для них обоих непомерно важно. итэр ждет. итэр не торопит.

И Итер шепчет что-то важное настолько, что пальцы ног поджимаются, дыхание спирает в груди, а сердце бьётся так, так чертовски громко. — Люблю...

В тёплых объятиях любимого всегда приятно, но когда на теле раны от боёв, комфорт со стороны возлюбленного ещё более приятен..

Ветер не удержать, не запереть, не приковать к себе.

Маленькая аушка про влюблённость Сяо в Итера

Рука, тянущаяся верх, - единственное, что ещё не успела поглотить тьма, - дёрнулась и вцепилась в... кого-то. Твёрдая, тёплая ладонь. Чьи-то пальцы крепко в него вцепились и стали тянуть наверх. - Сяо!

Итэр вернулся из Инадзумы с новыми наборами шрамов.

– Почему я? – Сяо не хотел задавать этот вопрос. Но Итэр понимает и готов отвить на него хоть тысячу раз.

Сяо холодно ночью, и Итэр предлагает обогреться под одеялом

Всегда и у всех, Сяо вызывал страх и желание держаться подальше. Но Итэр оказался первым человеком, который не боялся приблизиться. Первый, на кого не действовала отравляющая аура. Сяо мог ощутить свою карму на нём, но она не причиняла вреда. Путешественник и вправду мог её выносить.

Сердце Сяо не справлялось со своей работой в присутствии Итэра. А Итэр не мог сдержать улыбку около Сяо.

Сяо уже жалеет об этой затее. Он пытается отвлечься на что-то. Закрывает глаза и прокручивает в голове приятные воспоминания о празднике морских фонарей, но все мысли разбиваются в пыль, когда пальцы Итэра нежно касаются его обнаженных бедер и слегка оттягивают веревку, проверяя, не слишком ли сильно она прилегает к коже.