У Чана изъянов нет. Чонин готов клясться в этом всеми своими шрамами на коленках, всеми отпавшими значками с пыльной сумки через плечо и тем, что у самого Чонина хроническая чано-не-переносимость.

Станция конечная, звучит просьба покинуть вагон, и Феликс неохотно поднимается с насиженного места, поскальзываясь на кусочке пластика. Успевает поймать равновесие и растеряно смотрит на серебристый прямоугольник под правой ногой. Банковская карточка?

– Так ты... мог слышать мои мысли? Все из них? – В свою защиту скажу, что ты думал очень громко. // Или Чан – телепат, который не является фанатом этого дела, позже узнает, что Минхо ловит на него краш – после того, как слышит мысли.

— Глупый волк, — Чан возмущенно, но с большой долей смущения, отводит взгляд. Его только что поймали на очередном разглядывании человека сквозь окно, — это называется «сталкерство», ты в курсе? — уши, оставшиеся от недавнего обращения, подрагивают сквозь темные волосы. Он смотрит на юношу, что сидит на большом рабочем кресле, подогнув одну ногу под себя. — Чан, обычно, если кто-то хочет зайти в гости, он звонит в дверь и заходит! — последнее слово парень выделил интонацией.

Чонин с детства был хорошим мальчиком, а Чан просто пытается помочь своему парню.

Злость не уходила, но он успокоился, когда врач стал листать бумаги в деле Ли. Незнание происходящего поджимало всем присутствующим горло, особенно Феликсу. — Что же, раз мы успокоились и всё решили, я озвучу заключение, — присутствующие кивнули, врач продолжил, — Ли Феликс, 2000-го года рождения, в возрасте 21 года находится не в самом хорошем состоянии. Диагноз: амнезия в результате аварии. Он не помнит события последних трёх лет.

AU:Чонин решил попробовать покурить.

Он обычно кутается посильнее в свою полиэстровую, немного колючую, но такую теплую клетчатую рубашку. От него пахнет химическим запахом яблока от шампуня, как заверяла этикетка на упаковке бутылька. Но яблоки так не пахнут, он помнит это с самого детства, когда срывал плоды с деревьев у бабушки. Они пахнут чем-то медовым, сладким, растекающимся по легким. Они хрустят и марципаново рассыпаются во рту, переливаются в солнечных лучах от натурального воска на их кожуре.