— Dios perdoname... Я люблю тебя, — прохрипел испанец, закашлявшись. — Уже очень давно. И я идиот, нужно было говорить раньше... Наверное, если бы не такие обстоятельства, ты бы ни за что не узнал. Но я ведь всё равно умру, мне уже без разницы. Чёрт, я даже не смогу испытать позора от того, что ты узнал о моих чувствах, а всё из-за наркоманов и собаки! — истерично закончил молодой человек, зажмурившись. Жар ощущался всё сильнее, огонь был уже совсем близко.

Однажды Саймон Льюис возвращается в отель Дюморт не взвинченным и отчаянным, а спокойным и уравновешенным. И Рафаэль наконец принимает его без каких-либо условий. Потраченные годы - ничто, ведь у них впереди вечность.

Все дело в том, что Саймон: 1) слишком много болтает; 2) постоянно прикасается к Рафаэлю; 3) без конца мелькает перед глазами; 4) опасается Рафаэля.

- Мы тут с Джейсом затронули одну тему, - девушка присела рядом с Алеком и забрала книжку из его рук. - Бро, она утверждает, что ей мало 18 сантиметров. - Да, мое кредо – “Не меньше 18 сантиметров”. Не понимаю, с чего такие возмущение. Или кто-то комплексует? - Ребят, о чем вы? – нефилим искренне не понимал, что происходит, но когда заметил пристальный взгляд парабатая, который спустился ниже пояса, то на щеках Алека появился румянец.

Алек не понимает что за надпись на его запястье, а Магнус устал ждать.

Ной влюблён в Ванитаса, но боится, что его отвергнут, и не подозревает, насколько его чувства взаимны.

Ванитас знает, что Ной его не любит. Он с этим уже смирился. Но что, если теперь все по-другому?

Говорят, под её хлыстом вампиры плачут кровавыми слезами, а руны на нефилимах активируются без стило. Говорят, Изабель может подчинять себе магию колдунов-нижних, а оборотни ластятся о её ноги, словно ручные псы. О ней столько всего говорят, но Мелиорну интересно лишь одно: что произошло бы с ним, с его телом и сознанием, во что его превратила бы эта девушка.