— Я не какая-то хрупкая девушка, Фэн Синь... — Никто этого и не говорил, Му Цин, но ты ранен… Му Цин садится прямо, с горящими глазами поворачиваясь на Фэн Синя. — Черт возьми, я в порядке! — И это моя вина! — говорит Фэн Синь одновременно с ним. Оба замолкают.

К задней стороне шеи Фэн Синя возвращается цвет, и он с упреком цедит сквозь зубы: — Му Цин, может хватит? Я же сказал тебе, что это не твоя проблема. — Не надо решать за меня! — голос Му Цина становится громче. – Что за секретность? Ты что, умираешь? Фэн Синь плотно сжимает губы и опускает глаза в пол.

“Немного волнительно, когда твой клиент – профессионал с большим опытом, но всё получилось отлично!” — написал некто Инь Юй, приложив к посту с десяток фоток. Фэн Синь сглотнул: это был сам Му Цин. Тот факт, что это был к тому же Му Цин без футболки, почему-то снижал критичность мышления Фэн Синя сразу на сто пунктов.

Я знаю, что ты скажешь то же самое, что говорит он. Но просто знай, что он из тех мудаков, что потратили бы десять тысяч юаней на кофе, чтобы провести время с тобой. ( с )

То, что Кавех с порога заедет ему металлической ложкой по лбу – Аль-Хайтам точно не ожидал.

Тигнари каждый раз без сомнений отклонял просьбы исследователей посетить Академию. Он давно оборвал связь с ней, надеясь, что в один момент о нем забудут, как о мимолетном сне. Надежды не оправдались, когда к нему попало письмо, от руки написанное генералом Махаматра, с просьбой о личной встречи. А к письму аккуратно прикреплена веточка засушенной Омелы. Кому, как не Тигнари, лучше всего известно ее значение? В этот раз избежать встречи не получится.

Ответ из блога Норы на просьбу рассказать подробней о том, что именно делал Рико с Жаном.