— Мое имя Лука, просто подыграй мне, — прошептал брюнет, прежде чем поцеловал еще больше испугавшуюся Маринетт в щеку, — извини, малыш, что так долго, — уже громче проговорил парень, чьи глаза привлекли всеобщее внимание своим свечением и незабываемым морским цветом, а так же музыкальный голос чуть с хрипотцой просто сразил наповал всех, включая Дюпен-Чен, — пробки в городе просто ужасные.

— Чертов Лука! — Адриан стукнул по клавиатуре компьютера, как будто благодаря этому жесту счастливые фотографии Маринетт и Луки могли полностью исчезнуть.

Адриан знал, что он сам во всём виноват. В том, что он ненавидит каждую минуту своей жизни вот уже двадцать первый год. В том, что любимая женщина сейчас не с ним. В том, что он никогда не сможет быть счастлив.

— Он еще будет локти кусать из-за того, что однажды упустил тебя. — в конце всей истории сказал Лука. — Ну, спасибо. — сказала девушка и улыбнулась.

— Ну давай, жги. — Сказала подруга уже более спокойней. — Я тут немножко замужем. — Сказала синевласка и откинула телефон еще дальше.

Адриан больше не кажется мне классным, умным и безупречным, каким был для меня раньше.

Разумная часть мозга девушки, уже помахала платочком и красиво ушла в закат. Поэтому та, не раздумывая о последствиях, сказала: «Да»

«Эй, не называй меня так!» «Тогда, я буду называть тебя Красавицей, идет?»

Хлое двадцать четыре года, и ей некуда идти в эту Рождественскую ночь. Маринетт двадцать четыре года, и ее собственноручно связанные свитера слишком большие для одного человека. Обычная теплая зарисовка к приближению 31-го декабря.