Ризли помнил только звук разбившейся вдребезги чашки, выпавшей на пол из его рук, когда он услышал «Покушение» и «Верховный судья» в одном предложении. Он смутно вспоминал, как рявкнул на бедного служащего что-то вроде «Почему я узнаю об этом только сейчас?!» и как выбежал из кабинета, вполуха слушая перепуганные объяснения помчавшегося за ним подчинённого.

Все драконы в какой-то степени собственники. В большей или меньшей. Невиллет — в чертовски большей, поглощающей без остатка, до костей, а после и сами кости. Будь его воля, он бы не оставил от Ризли ни капельки.

Месье Нёвиллет умел скрывать от мира все свои эмоции и слабости, но на Ризли это не действовало. // У Верховного Судьи проблемы со здоровьем, а Ризли полон решимости сделать всё, чтобы помочь ему, даже если для этого ему придётся раскрыть давно похороненный секрет.

В планах Тартальи не значилось посещение крепости Меропид во время его путешествия в Фонтейн, но раз уж он здесь оказался... Можно выяснить, что это за тайные правила, одно из которых запрещает нелестно отзываться о верховном судье, как незаметно сбежать из тюрьмы и, наконец, почему вода слушается герцога, у которого уже есть крио Глаз Бога. Или — Тарталья проводит расследование, и с его лёгкой руки вся крепость Меропид узнаёт, что их герцог долгое время ухаживает за месье Нёвиллетом.

Ризли оказывается в сложном положении: ему приходится мириться с эксцентричным поведением и перепадами настроения заключенного в его тюрьме Предвестника Фатуи и одновременно справляться с бурей романтических чувств к верховному судье. Тем временем древнее пророчество начинает сбываться, и над Фонтейном нависает угроза в виде поднимающегося Первозданного моря. Но какова истинная причина этого катаклизма?